4 октября недалеко от города Коломака видели вражеский отряд в 100 человек[1875]. В октябре 120 донских казаков, шедших за языками, нашли шлях, по которому 62 татарина направлялись за добычей под Тор. Казаки внезапно ударили на противника и взяли в плен 23 человека[1876]. 24 декабря пришло сообщение о том, что 300 татар побывали под Царичанкой[1877]. Для противодействия таким нападениям 29 ноября 1697 г. Долгоруков вновь командировал полковников московских стрельцов с их полками и артиллерией в ряд городов: Василия Елчанинова — в Харьков, Михаила Кривцова — в Змиев. Подполковник Григорий Балакирев из полка Ильи Дурова был направлен в Валки[1878].
Переброска османских сил на Днепр негативно сказалась на положении дел в османских владениях на Кубани. По рассказу одного из пленных, осенью 1697 г. калга, в распоряжении которого имелась всего 1 тыс. пришедших из Крыма татар (в том числе ногайских), жил «в черкесах от Кубани в разстоянии день езды для опасения от московских войск»[1879].
Крымским властям для обустройства некоторых групп татар, откочевавших на Кубань от Аюки, приходилось строить укрепления. Так, осенью «близь вершины Кубанской на устье речки Орплу построили едисанской мурза Туган с едисанцы, которой перешел к ним на Кубань от Аюки, для опасения от московских войск, город деревянной во свое имя»[1880].
Часть ушедших от Аюки татар вновь задумалась о том, что их переход на Кубань был ошибкой. Они размышляли над тем, чтобы в очередной раз сменить властителя, перейдя теперь непосредственно под власть московских государей: «А Якшиат де мурза той же орды омыслил было по-прежнему быть с небольшею ордою в подданство по твою великого государя высокодержавную руку, и от неких той же орды людей изъявлено. И для того де иво, Якшиата, с людьми ево, в самыя де тесныя места заведено. И над ним де усматривают»[1881]. Все это создавало крайне неустойчивую ситуацию, делавшую Кубань удобным объектом для нападения.
В конце осени боевые действия в Приазовье продолжились. В ноябре 1697 г. донские казаки ходили на Кубань с калмыками Аюки. Последний прислал 500 человек во главе с батыром Черкесом, а от донцов приехал атаман Максим Фролов со 130 казаками и калмыками. Объектом нападения стал улус Кубека-аги. Казаки отогнали 1,2 тыс. лошадей и взяли в плен 7 человек, которые их стерегли. Всадники Черкеса отличились крайней жестокостью: «Аюкины калмыки тех же кубеков улусов калмыков в полон взяли ж, а сколко человек взяли, того они не ведают, а иных кубанцов, и жен их, и детей били до смерти, потому что за дальностию, и за болшими водами, и за трудным путем их вести было невозможно, да и опасны были от калги салтана, которой стоит в близости от кубековых улусов»[1882]. Поход носил разведывательный характер. После него Черкес остался на Маныче в ожидании Аюки, с которым собирался вновь идти на Кубань.