— Ты чего задумался, Матросик? Купаться пойдешь? — Мама сидела рядом. Лицо у нее загорело, а глаза как будто посветлели, и волосы выгорели, стали светло-соломенными.

— Купаться потом. У нас есть гвозди?

Андрей взял топорик. На берегу валялись бревна, вынесенные морем, бревен было много.

— Зачем тебе гвозди? — Мама всегда почему-то заранее знает, когда надо начинать беспокоиться и запрещать. Но и Андрей знает, как это обойти:

— Плот буду строить, обычный плот, из бревен. Папа, можно я буду строить плот?

Мама ничего не успела сказать, отец отозвался:

— А что? Это мысль, я тебе помогу.

Плот. Само это слово вызывает какие-то невероятные картины: скитания, кораблекрушения, пираты, сокровища, штормы, отвага, соленые брызги. Словом, счастье мужчин, то есть мальчишек, то есть и тех и других. Да ведь бывают в жизни обстоятельства, когда между ними, мальчишками и взрослыми мужчинами, не так уж велика разница.

Они все вместе строили плот, вязали бревна веревками, вколачивали гвозди. И Профессор кричал:

— Снизу надо рейку набить! Ты что, Адмирал, плотов никогда не строил?

— Рейку — это когда нужно сделать калитку, — ехидничал Адмирал. — Плот крепится веревками, бревна должны быть подвижны. Эх ты, а еще профессор.

Толстой веревкой они связали бревна, подогнали их одно к другому. Они возились почти до обеда, и вот плот качается у берега.

Андрей взял в руки длинный шест и прыгнул на плот. Плот был крепким и надежным, как пол. И море было почти совсем тихое.

— Вперед! — крикнул Андрей и оттолкнулся от берега.

Он решил плыть туда, где утром видели кита. Вдруг удастся разглядеть кита вблизи? Вдруг кит фонтаном добрызнет до плота?

Плот легко отошел от берега, и сразу море оказалось не таким уж тихим, волны иногда захлестывали плот. Ну и что? Андрей стоял на бревнах крепко, босые ноги плотно обхватили гладкие бревна.

Оттого, что волны катились навстречу, Андрею казалось, что он

очень быстро удаляется от берега. Он очень удивился, когда услышал за спиной мамин негромкий голос: