Автограф боярина Ставра Гордятинича (1118 год), ставшего героем былины «Ставр Гордятинич». Софийский собор в Киеве.
Автограф боярина Ставра Гордятинича (1118 год), ставшего героем былины «Ставр Гордятинич». Софийский собор в Киеве. Автограф боярина Ставра Гордятинича (1118 год), ставшего героем былины «Ставр Гордятинич». Софийский собор в Киеве.Дополнительные детали могут помочь в уточнении даты воспетого события, но для того, чтобы догадка перешла в основание датировки, необходим комплекс взаимоподтверждающих примет. Разберем только один пример, касающийся уже известного нам новгородского боярина Ставра Гордятинича.
В былине о Ставре Гордятиниче и его жене Василисе редкое имя былинного боярина давно уже позволило исследователям сблизить его с летописным боярином Ставром, упоминаемым летописью под 1118 годом. Летописная ситуация полностью отражена в первой части былины: в 1118 году Владимир Мономах вызвал к себе в Киев всех бояр из Новгорода и заставил их присягнуть ему; нескольких бояр, в том числе и сотского Ставра, великий князь приказал заточить. По былине Ставр — старый богатый новгородский боярин:
В былине Ставр тоже заточен Владимиром, как и в летописи:
В этой былине главное действие начинается с того, как молодая жена освобождает Ставра, выигрывая его у Владимира в шахматы; этого в лаконичной летописной записи нет, но все обстоятельства, связанные с арестом Ставра, полностью совпадают и в летописи и в былине.
Ставр («Ставко») Гордятич впервые упоминается в летописи в 1069–1070 годах; к 1118 году ему должно быть около 70 лет, и былинный Ставр Годинович правильно назван «старым боярином». Отчество «Годинович», «Гординович» образовалось из более полной формы «Гордятиничь», известной нам по интереснейшей записи о Ставре Гордятиниче на стене Софийского собора в Киеве.
Совпадение всех деталей убеждает нас в том, что в основе былины о Ставре и Василисе лежало истинное событие 1118 года.
В Киевской Руси, несомненно, был распространен древний эпос родо-племенной эпохи, о содержании которого нам очень трудно судить. Вероятно, в нем был силен архаичный мифологический элемент и исконная опасность — наезды степных кочевников — уже тогда олицетворялась в виде гигантского змея, которого побеждают славянские богатыри. Отголоски такого сказания сохранились на Украине как легенды о братьях-кузнецах, победивших змея, запрягших его в огромный плуг и пропахавших на побежденном змее гигантскую борозду, ставшую так называемыми «Змиевыми валами», пограничными укреплениями славян со стороны степи. Запряженный змей, очевидно, символ тех плененных степняков, которых после какой-то победы заставили рыть глубокие рвы и насыпать высокие валы, сохранившиеся до наших дней.