Последние, «русские» рассказы сборника датированы семидесятыми годами XX века, но эта датировка не налагает на них временной рамки. Хотя описываемые события и происходят где-то в шестидесятые годы, на них падает тень тогда еще недавнего прошлого — ГУЛАГа, раскулачивания, сталинизма (рассказы «Апартеид», «Бегство со Светлого Берега», «Где ты была сегодня, киска?»). Это прошлое вторгается и в нашу жизнь, чему свидетельством хотя бы нескончаемые споры о сталинизме и Сталине, ведущиеся в наше время. И потому пунктир, начатый А.Л. в середине позапрошлого века, длится — может быть, к несчастью — даже до сего дня. Трудно не вспомнить слова Александра Блока: «Коротенький обрывок рода / Два-три звена, — и уж ясны / Заветы темной старины».

Итак, сборник распадается на три части. Первая, «английская», часть предельно автобиографична и описывает жизнь и взросление героини от самого пробуждения сознания до момента, когда она устремляется в Россию 1917 года за своим возлюбленным, русским политэмигрантом, услышавшим «набат революции». Один из рассказов этой части описывает второе замужество матери героини и, в соответствии с нелегким ее выбором между двумя претендентами, назван She knew she was right, то есть «Она знала, что не ошиблась». Заглавие рассказа А.Л. позаимствовала у своего любимого писателя Энтони Троллопа, заменив лишь местоимение he на she. Подобные вещи очень в ее стиле. Как сказано выше, реальность литературного вымысла была для А.Л. равна реальной реальности, а потому и вся книга пронизана литературными реминесценциями, и заглавия многих рассказов представляют собой цитаты — из того же Троллопа и из английской народной песенки, из Шекспира и из Виктора Гюго.

В английском издании весь сборник получил имя вышеупомянутого рассказа. Издавая книгу на русском языке, мы сочли возможным дать ей название, связанное с «русской» частью сборника, — «Бегство со Светлого Берега». Светлый Берег — название морского курорта, но два рассказа, действие которых происходит в этом, казалось бы, идиллическом месте, пронизаны грустью и печалью и говорят о крушении надежд, так что в конце концов кажется вполне естественным вопрос, поставленный одной из героинь: «А кто счастлив в этой жизни?» Вся жизнь А.Л. стала бегством из этого «рая», и в этом она разделила судьбу ставшей ей родиной России, все существование которой в двадцатом веке было бегством со светлого берега утопии. И сейчас, когда эта попытка к бегству вроде бы и удалась, она (Россия) все еще с тоской вглядывается в прошлое, как бы раздумывая, стоило ли вообще куда-то бежать.