– Я вижу, ты в фантазии ушел не по теме.

– Делу время, потехе час. Еще позанимаемся делами. Не оплошай, Петюля. Склеишь Ксюху, летом на природу вчетвером поедем.

– Я ж, летом, с твоей же подачи, на стройке погибать буду?

– Летом, уже первую капусту сострижешь. Эх, гульнем! Ты уж, постарайся, Петро, не затягивай. Включайся в процесс без проволочек.

– Терпение, мой друг. Терпение.

Машину пропустили во двор, только после того, как Саша засвидетельствовал свою физиономию в видеокамеру. Ее строгий глазок следил за прилегающей с улицы территорией. Во дворе их встретила тяжелая сейфовая дверь. Сбоку от нее, красовалась голограмма «Карата». Большим пальцем нажал на звонок. С металлическим журчанием дверь отворилась. Они очутились в просторном коридоре, освященном дневным светом, встроенных в потолок, плафонов. При входе, на стенах, заверенные гербовыми печатями, красовались всевозможные сертификаты и лицензии. Сразу же, у входа, справа, Петр заметил окошко, за которым, размещалась охрана. Дальше, в холле, уставленном претенциозной кожаной мебелью, виднелась картина, исполненная в стиле авангардизма. Охранник вышел наружу. Это был детина, исполинского роста, с флегматичным лицом. Форма, с надписью «security» сидела на нем мешковато. Амбал вяло улыбнулся Саше.

– Здорово, Толик. Как житуха? Шеф на месте? – бодро спросил он.

– Да, нет еще. Но только, что звонил, предупреждал, чтобы не беспокоились – скоро подъедет. Проходите, располагайтесь. – Он пригласил, движением головы, следовать за ним и тяжело зашагал, взяв курс на невразумительную живопись. Они пропетляли несколько десятков метров по коридорам, дышащим неестественной стерильностью, после чего, очутились в помещении, напоминающем приемную, перед кабинетом директора. Модный и богатый интерьер. Натуральное дерево и кожа, никелированная отделка, тонированное безупречной прозрачности стекло. Дизайн явно продуман профессионалом. Секретарь находился на месте. Она была прекрасна. Девушка напоминала букет изысканных цветов, среди нарочито деловой атмосферы. В первый момент, Петр словно забыл о своей первоначальной задаче. Ему уже не хотелось ждать неведомого Альберта. Неужели можно было надеяться на что-нибудь более достойное внимания, чем эта грация с глазами колдуньи?

– Здорово, Ксюха, едва увидев ее, развязно, выкрикнул Саша. – Ты, Толян, странный человек! Сидишь в своей стекляшке, когда такое чудо в двух шагах одна!

– А что? Я на работе. Не положено. И … я женат.

– Он женат! Несчастный! Бескрылый человек! – Саша плюхнулся на диван и закинул свою толстую правую ногу, на такую же левую.