Спустя пятнадцать минут приезжий в плохо сидящем кремовом костюме, трепетавшем на сильном ветру, сошел с судна и побрел по мелководью, чтобы добраться до полосы черного песка, но едва не упал по пути, несмотря на помощь неизвестного доброжелателя. Наконец старик оказался на суше. Он повалился на пляж и с жадностью наполнил грудь воздухом, в котором чувствовалось присутствие беспокойных призраков, слышалось бормотание тех, кто умер вдали от родной земли позабытыми и потерянными. Внезапно перед лицом возникла чужая коричневая рука. Приезжий принял ее. Один из моряков помог подняться на ноги, вручил пассажиру немудреный багаж, состоявший из серой сумки, и тоном, каким обычно рассказывают анекдот, понятный лишь самому шутнику, произнес: Itifaki imezingatiwa, после чего насмешливо фыркнул.

Путешественник заморгал от недоумения и опьяняющих ароматов, среди которых различил горьковатые нотки цитрусовых, сладкие бальзамические тона и соленые слезы моря, растворенные в густом, как суп, воздухе, жар которого проникал до самых костей. Старик сдался и наполнил этой смесью легкие, а потом обернулся, заслышав гул людских голосов. Им вторила музыка прибоя. Над горизонтом нависали черные тучи, которые грозили вот-вот исторгнуть шторм. «Что это за место?» – подумал приезжий и медленно зашагал по песку. Ноги проваливались и разъезжались, словно обладали собственной волей и хотели сами взглянуть на окружающий мир. С одиноко стоящего куста диких роз слетел лепесток, поймав отсветы молнии. Старик помедлил, ожидая, пока тот опустится на землю, и только затем подобрал его и поднес к губам, сжав в правой руке, левой же поправил на плече сумку, где хранил всю свою жизнь.

2

Mwenda Pate harudi, Kijacho ni kilio. Тому, кто отправляется на Пате, уже не суждено вернуться; в воздухе останется лишь скорбный крик

Mwenda Pate harudi, Kijacho ni kilio.

Тому, кто отправляется на Пате,

уже не суждено вернуться;

в воздухе останется лишь скорбный крик

В то утро, когда пожилой мужчина из Китая сошел на берег Кении, в просторной спальне с известковой побелкой внутри двухэтажного дома из дерева и блоков коралла, который располагался в лабиринте города Пате, высеченном пассатными ветрами – куси, матлаи, малези и каскази, – немолодому уже моряку Мухиддину Баадави Млинготи снова снилось, что он плавает вокруг огромной горы сапфиров на дне океана. В этом сновидении к сокровищу привела карта из темно-коричневого фолианта, где содержались слова заклинаний, горевшие огнем. Реальный двойник книги, завернутый в отрез зеленой ткани, лежал сейчас под кроватью в резном сундучке из красного дерева.