После поворотного но художественная логика резко меняется: на смену общим формулам, абстракциям приходят конкретные картины и детали, создающие образ другой родины-отчизны.

Сначала Лермонтов дает предельно широкий образ, картину родины «с птичьего полета», глазами какого-то невидимого наблюдателя. Степь, лес, река – привычные детали русского ландшафта. Но разливы рек и лесов безбрежных колыханье – приметы разных времен года; их нельзя увидеть сразу, с одной пространственно-временной точки зрения. Объединяет же избранные поэтом предметы любви их национальный колорит и общий, не только рекам присущий масштаб: необъятность, безбрежность.

Следующее люблю обозначает новую смену кадра и точки зрения.

В стихотворении снова появляется лирический герой, персонаж, но теперь уже не просто размышляющий и полемизирующий, а существующий одновременно в пространстве и времени, в хронотопе этой элегии. Пейзаж увиден его глазами с определенной точки зрения: вечер, степь, скачка в телеге по проселочной дороге.

С помощью ритма (разностопный ямб приобретает у Лермонтова неспешный, размышляющий характер) и тонкой звукописи поэт удивительно точно передает ощущения человека, находящегося в сходной ситуации.

«И, взором медленным пронзая ночи тень…» Чувство человека, с напряжением вглядывающегося в ночное пространство, поразительно передано здесь мерным развертыванием пяти слов (после каждого приходится делать паузу) и пронизывающими всю строку звуками м и н.