«Сдельщина для рабочих, премиальная для инженерно-технического персонала, премии для колхозников — вот рычаги развития промышленности и сельского хозяйства. Используйте эти рычаги, и не будет границ росту производства, а без этого ничего не выйдет. Энгельс напутал тут здорово. Одно время хвастали у нас тем, что техники, инженеры будут получать не больше квалифицированных рабочих. Энгельс ‹ничего› не понимал в производстве и запутал нас»^{391}.

Говоря о зрелости описания экономической системы, замечает: «Кое-что улучшили, но много испортили по сравнению с тем, что было раньше… В учебник врывается агитка — плакат. Это не годится. Экономист должен изучать факты… Выкинуть нужно агитацию. Политэкономия — это серьёзное дело… И здесь это неуместно. В науке мы апеллируем к уму»^{392}.

Совещание в Кремле проявляет основную сложность задачи подготовки адекватного учебника экономики:

— с одной стороны, многое из уже результативно работающего в экономике страны на практике сделано впервые в мире и без заранее готовых теоретических концепций и описанных моделей;

— с другой стороны, над учеными-экономистами довлеет авторитет мировых экономистов прошлого;

— с третьей стороны, сам учебник пишется впервые и не практиками-создателями экономической системы, а в основном преподавателями и научными работниками, со всеми вытекающими из этого последствиями, включая проявляющийся разрыв между реальной практикой и попыткой её теоретического описания.

Подготовку учебника несколько притормаживает война, тем не менее работа продолжается и во время войны.

В июне 1944 года специальная правительственная комиссия одобряет доработанный макет учебника, который рассылается более чем сорока учёным-экономистам.

В 1947 году к работе дополнительно привлекается группа экономистов, философов, историков.

В период с 1950 по 1952 год Глава государства не менее пяти раз лично обсуждает учебник с его разработчиками, призывая сделать его «образцом для всех» и адресуя основные замечания следующим аспектам:

— необходимости осмысленного, практичного — не догматического изложения предмета;

— требованию последовательного, без отклонений, использования исторического подхода;

— недопустимости «базарно-популярного» тона повествования («Привыкли так лекции читать, тяп-ляп. Там ‹студенты› вас слушают, но никто не критикует»^{393}. «В учебнике не должно быть ни одного лишнего слова, изложение должно быть скульптурно отточено»^{394}).

В ноябре 1951 года руководством страны организуется большая экономическая дискуссия по вопросу подготовки учебника по экономике, с непосредственным участием членов Правительства и 263 ведущих ученых, преподавателей экономики, философии, истории.