Здесь нужно отметить, что проблема постоянного перманентного оттока капитала — это не исключительно российское явление. С ним сталкиваются большинство стран мира, не относящихся к ядру экономической системы, которые на мировом рынке выступают в роли нетто-экспортеров капитала.

При этом в странах ядра мировой экономики, наоборот, наблюдаются, как правило, отрицательное сальдо платежного баланса и большой объем внешнего долга (см. Таблицу 9).

Таблица 9. Отношение совокупного внешнего долга к ВВП стран центра, периферии и полупериферии на июль 2017 г.[24],%^{503}

В основе такого положения дел лежат отношения неэквивалентного обмена между периферией и ядром мировой экономики, описанные в концепции мирсистемы И. Валлерстайна. Это приводит к несправедливому распределению доходов между разными уровнями и участниками мировой экономики, принося ущерб странам периферии, обогащая страны ядра.

В целом начиная с 1991 года национальная денежная система и вслед за ней вся экономика страны встраивается в систему перманентного перераспределения национального капитала в пользу третьих стран и прежде всего страны — эмитента мировой резервной валюты.

В центре перераспределения национального капитала глобальные ножницы доходности — необходимость формировать национальные резервы в долларовых активах (по сути, «назначенных» безрисковыми) с низкой доходностью в сочетании с возможностью привлекать внешнее долларовое финансирование под значительно более высокую доходность.

Наиболее явно данное противоречие демонстрируют показатели валового национального дохода, рассчитанные на базе среднегодового обменного курса и по паритету покупательной способности (ППС), соотношение которых отражает переоценённость доллара США по отношению к другим валютам.

По данным Всемирного банка, номинальный размер валового национального дохода России меньше размера валового национального дохода по ППС в 2,4 раза. Худшее соотношение из стран БРИКС имеет только Индия.

Недооценка мирового валового национального дохода в рыночных ценах по сравнению с валовым национальным доходом по ППС в 1991 году составляла 7,2 трлн долл. США. К 2019 году разрыв вырос более чем в 6 раз — до 46,2 трлн долл. США.

Таким образом, поддержание высокого рыночного курса доллара как мирового эталона стоимости ведет к существенному занижению покупательной способности валют других стран мира.

Кроме принципиальной экономической невыгодности, участие в доллароцентричной мировой денежной архитектуре имеет, по оценке экспертов Международного конгресса промышленников и предпринимателей, целый ряд системных рисков и проблем: