Благодаря труду Никиты Ломагина опубликованы очень важные документы из архивов НКВД, партийных архивов и др. Но самое главное, историки получили доступ к документам «с другой стороны» – к немецким сводкам, донесениям, а также к работам западных историков по теме блокады и обороны Ленинграда. Стали доступными не только армейские сводки, но и документы германских спецслужб, частные фото, сделанные немецкими военнослужащими, и пропагандистские фото, сделанные профессиональными фотокорреспондентами. Такая ситуация позволила по-иному взглянуть на события сентября 1941 г. Нет, коренной переоценки не произошло. Но ситуация обрела объемность – мы теперь видим события с разных точек зрения. Несомненно, как «наши», так и немецкие источники требуют критического к себе отношения. Нельзя безоговорочно доверять ни тем, ни другим. Именно их перекрестный анализ дает возможность приблизиться к пониманию сути событий, происходивших в этот переломный для нашего города момент. Конечно, автор ни в коей мере не претендует на лавры человека, самостоятельно проводившего такую работу. В своем изложении событий мы опирались на целый ряд работ: того же Никиты Ломагина, Дениса Жукова, Вячеслава Мосунова и др. Отметим также, что мы не стремимся ломать копья, добиваться переоценки вклада тех или иных исторических деятелей в дело защиты города. Значительно важнее, на наш взгляд, изложить события, опираясь на различные источники и на работы современных специалистов. Оборона Красногвардейского укрепрайона и его Красносельского сектора – события, с одной стороны, чрезвычайно важные, с другой – явно недостаточно освещенные даже в специальной литературе, не говоря уже о популярной.

Итак, в конце августа, когда еще продолжались бои за Лужский оборонительный рубеж, с юга город обороняли 8-я армия (командующий В. И. Щербаков), 42-я армия и 55-я армия. 8-я армия (впоследствии она займет позиции на Ораниенбаумском плацдарме) состояла из Копорской оперативной группы, шести стрелковых дивизий (11-я, 48-я, 118-я, 125-я, 191-я, 268-я)[122]. Также в ее состав входили 1-я гвардейская дивизия народного ополчения. 42-ю армию возглавлял генерал Ф. С. Иванов. В армию вошли 2-я и 3-я гвардейские дивизии народного ополчения (в сентябре 1941 г. переименованы в 85-ю и 44-ю стрелковые дивизии соответственно), 291-я стрелковая дивизия, 51-й корпусной артиллерийский полк, 690-й и 740-й противотанковые артиллерийские полки, Красногвардейский укрепленный район. Именно войска 42-й армии занимали позиции в непосредственной близости от Красного Села. 2-я гвардейская дивизия народного ополчения (далее – ДНО) занимала линию обороны от Репузи, Салези, Корпикова, Больших Колпанов, Пижмы – это центральный сектор Красногвардейского укрепрайона. 3-я гвардейская ДНО занимала оборону по линии: Старый Петергоф – Сибилево – Русско-Высоцкое – Скворицы – всего около 30 км по фронту[123]. Оборону Красногвардейска усилили танками 1-го танкового полка, на вооружении которого находились танки КВ. Всего, по данным В. А. Мосунова, части, занимавшие укрепрайон, насчитывали в общей сложности 22 133 человека, 290 орудий, 70 минометов, 202 станковых и 153 ручных пулемета. Сам укрепрайон также наполняли пулеметно-артиллерийские батальоны (ПАБы). Многие части были сильно потрепаны в боях, в дивизиях народного ополчения часто не хватало вооружения. Так, например, во втором полку 3-й гвардейской ДНО около 25 % бойцов не имели винтовок[124].