Обычные граждане в это время занимались в основном тем, что вынимали из известного места занозы от деревяка, который с первого дня стали называть еще и «ходором».

Очень вероятно, что происходящее было согласовано с «Открытым Мозгом», хотя медиа визжали про окончательный разрыв страны с мировым трансгуманизмом. Доказательств у меня нет — но как иначе объяснить, что ходор с первого дня меняют на тунберг по пегу «один к одному»? Да и вожди наши как были в банках, так вроде и остались.

Правда, в последнее время ходит слух, что Мощнопожатного тоже уронили с полки, и теперь вместо него какой-то баночный полковник. Но это к «Ватинформу».

Кстати, насчет «Ватинформа» — хочу похвалить их последний ребрендинг. Слово «What-In-For-M(e)»[15] на фоне земного шара смотрится классно, особенно эта перевернуто-двойная W-M. Только орел зря, уже где-то было. И еще я надеюсь, что слухи об их покупке «Открытым Мозгом» преувеличены.

Вот так возник новый мировой баланс добра и альтернативного добра. Но за бугром сбережения людям поменяли — а что произошло у нас, вы помните. Уже пять веков живем от конфискации до мобилизации, а сердоболы из своих усадеб рекомендуют рожать больше детей, потому что нужно же кого-то зачислять в конницу.

— Чтоб с пеленок лошадками деревянными играли, сабельками…

Хотя, с другой стороны, рождаемость следует повышать даже для целей революционной борьбы с режимом — ведь надо же будет свергать подземных негодяев, когда по радио опять заведут «Wind of Change»[16]. Так что спорить с этим тезисом я не стану. Я вообще уже ни с чем не спорю.

В общем, народу стало не до меня.

Шли дни, и я начал понемногу понимать, что моя эпоха ушла. Я теперь был баночный вбойщик, а это даже при всеобщем понимании экстраординарности моих обстоятельств — билет в никуда.

И дело тут было не только в моем баночно-рептильном статусе. Просто, как я написал в объяснительном письме в жандармерию, всякое время выбирает своих певцов, и мой специфический голос вряд ли сможет взять нужную сегодня ноту. Ну не поется мне про ветрогенезис и конницу. Господь не дает силы и огня. Придут другие — молодые, смелые, и все сделают аккуратно и недорого.

Хорошо, что я понял это сам.

В общем, напился я пару раз с ботом-вертухаем (из электронных водок лучше всего «трехголовка»), позагорал на завалинке, поглядел в пустое как органайзер небо, да и открыл меню первого таера.

Остальное, думаю, ясно. Мозг в банке есть мозг в банке, со всеми минусами и плюсами.

Бросать хутор просто так было жалко — куры, есенины, проселок в окне… Очень живописная фактура. Я долго размышлял, что с этим сделать, и наконец нашел.