Положив голову ко мне на торс, сестричка затягивается косяком. Небольшая крошка падает с него мне на грудь, заставляя меня подскочить на кровати и смести еще дымящуюся комету тыльной стороной ладони. В моих ноздрях – запах зажаренного поросенка, значит, у меня на груди только что сгорел волосок.
– Прости, Зарка! – извиняется Дина.
– Не страшно!
Я прижимаю девушку к себе и стреляю у нее косячок с гашишем. Мои легкие наполняются, и я выплевываю наружу облако дыма, а затем и слегка подкачавшее кольцо. Что до меня, в компании моей малышки я бы с радостью кайфовал в этой кровати вечность.
– Что будем делать, Дина? Еще немного позависаем тут?
– Да, но недолго! Если я вернусь домой к полудню, мой парень догадается, что я не работала сверхурочно. Он и так жутко подозрительный…
Я приканчиваю самокрутку, кладу окурок на прикроватный столик и хватаю подружку за сиську. У Дины очень чувствительная грудь.
– Мне хорошо с тобой, Зарка! – говорит она, поглаживая мою щеку. – Обожаю тебя!
– Врунишка! – играю я с ней. – Тебе плевать на меня!
Она приподнимает голову, выдает мне свою знаменитую улыбку, которую всегда демонстрирует перед тем, как сказать какую-нибудь дерзость:
– Если бы ты мне не нравился, то как объяснил бы то, что я сплю с тобой, несмотря на твой маленький причиндал и то, что пользоваться ты им не умеешь?
– Ага, не поспоришь.
Я выпрямляюсь, присаживаюсь на край кровати и готовлю две огромные дорожки кокса на столике. Этой ночью я просто добил свою башку: смешал кокаин с экстази и
Дина карабкается к столу, хватает соломинку и делает затяжку. После нее я тоже повторно заталкиваю порошок в нос: вдыхаю я словно псих – настолько у меня забиты ноздри. Сестричка ногтями проводит по моей спине и почесывает мне затылок.
– Над чем ты сейчас работаешь, Зарка? Над новой книгой?
– Скоро начну новую. Может, напишу продолжение