Когда все основные работы по благоустройству нового камбуза-кают-компании были завершены, меня оставили в одиночестве наводить марафет, чем я и занялся. Накипятил целый бак воды, отмыл бензином закопченные, покрытые толстым слоем жира газовые плитки, надраил тарелки (тоже давно хорошо не мытые), застелил стол новенькой, чудом сохранившейся клеенкой, розоватой, с мелкими цветочками. Чтобы довершить убранство палатки, я натыкал повсюду с десяток стеариновых свечек. Когда узенькие оранжевые язычки, дымя и потрескивая, потянулись кверху, палатка сразу приобрела какой-то особый, давно забытый нами уют.

По случаю новоселья я учинил шикарный обед из строганины, наваристого супа из оленины, свиных отбивных и сладчайшего компота, чем привел в неописуемый восторг товарищей, давно отвыкших от разносолов.

23  марта.

-  Гляди, ребята, земля, - раздался за стеной палатки голос Дмитриева. Мы высыпали из палаток и в первое мгновение обомлели от неожиданности.

На северо-востоке от нас поднимались крутые скалы неизвестного острова. Сквозь туманную дымку можно было хорошо различить острые пики невысоких гор, изрезанных расселинами, и уходящие вглубь узкие ущелья.

-  Это куда же нашу льдину занесли ветры и течения? Неужели нас прибило к земле? - сказал, растерянно покручивая окуляры бинокля, Щетинин.

-  А вдруг это Земля Санникова? - восторженно воскликнул Саша.

-  Ладно, не суетитесь, - насмешливо протянул Миляев. - Это же обыкновенный полярный мираж.

-  Конечно, мираж, - подтвердил подошедший Сомов. - Такие четкие миражи не раз вводили в заблуждение полярных путешественников.

-  А жаль, - вздохнул Дмитриев. - Вот никогда бы не подумал, что такое на свете бывает.

Увы, это не была Земля Санникова. Не была просто потому, что ее не существует в природе. Как не существуют ни Земля Макарова, ни Земля Петермана, ни Земель Андреева в море Лаптевых, Крокера, Президента и Кинен в океане к северу от Канадского архипелага, ни Земли Гарриса в Центральном полярном бассейне, ни десятка других мифических островов. Все они - порождение человеческой фантазии, жажды открытий, арктического миража... История этих земель-загадок началась с сообщения голландского китобоя Джиллиса, увидевшего на севере от Шпицбергена высокие обрывистые берега неведомой, не обозначенной на картах земли. Но хотя преодолеть тяжелые льды, преграждавшие путь к неизвестному, ему так и не удалось, он добросовестно зарисовал виденное и нанес на карту. В последующие годы многие мореплаватели пытались отыскать этот остров, названный в честь первооткрывателя Землей Джиллиса, но тщетно. Он словно сквозь землю провалился. Правда, некоторым путешественникам удалось обнаружить "загадочную землю" в других районах, в результате чего на карте британского Адмиралтейства в 1872 году появились сразу две Земли Джиллиса: одна на 80° северной широты и 32° западной долготы, другая - на 81°30' северной широты.