Мэн-цзы считал «природу доброй», Сюць-цзы считал «природу злой», Гунсунь-цзы[1250] говорил, что «природа не добрая и не злая», Ян Сюн[1251] говорил, что «природа есть смешение доброго и злого», Лю Сян[1252] говорил, что «природа и чувство взаимно соотносимы, природа не полностью добрая, чувство не полностью злое».

Спрашивают: «В чем же истина?»

Отвечаю: «[Если бы] природа была доброй, не было бы четырех злодеев, если бы природа была злой, не было бы трех гуманных[1253]; [если] не делить людей на добрых и злых, поскольку Вэнь-ван осуществлял единое воспитание, то не было бы Чжоу-гуна, Гуаня и Цая[1254]; [если] природа добрая, а чувство злое, то у Цзе и Чжоу не было бы природы, а у Яо и Шуня — чувств: [если] природа — это смешение доброго и злого, то высокомудрые должны были бы обладать злом, а ничтожные невежды — добротой. [Итак], истина не выявлена, лишь слова Лю Сяна, видимо, верны».

...Говорят: «Гуманность и справедливость — это природа, пристрастие и неприязнь — это чувство; гуманность и справедливость всегда добры, а пристрастие и неприязнь бывают злобными, поэтому иметь чувство означает обладать злом».

Отвечаю: «Неправильно это. Пристрастие и неприязнь есть то, что природа воспринимает или отвергает, они проявляются в поступках, направленных вовне. Поэтому то, что называется чувством, непременно проистекает из природы. Гуманность и справедливость — это искреннее добро, чего же удивляться, если они всегда воплощение доброты! В пристрастии и неприязни доброта и злоба не отделены друг от друга, чего же удивляться, если им присуща злоба! Говоря о духовном начале, невозможно не касаться жизненной силы, так как нет ничего более близкого к духовному началу, чем жизненная сила; иметь жизненную силу — значит иметь форму, иметь духовное начало — значит иметь чувство, которое проявляется в пристрастии и неприязни, в радости и гневе. Ведь духовное начало обладает чувством так же, как жизненная сила — формой; жизненная сила бывает белой и черной, духовное начало бывает добрым и злым; форма сопряжена с белизной и чернотой, чувство сопряжено с добротой и злобой, поэтому, когда жизненная сила черна, то в этом повинна не форма, когда природа зла, то в этом повинно не чувство».

...Говорят: «Отношение человека к выгоде таково, что, видя ее, он испытывает влечение к ней; у того, кто может при помощи гуманности и справедливости сдержать себя, чувство пресекается природой. [Однако] природа всегда меньше, а чувства всегда больше, и, [когда] природа не в состоянии пресечь чувство, чувство может творить зло самостоятельно».