— Извините, что прервал ваши усилия по части haute coiffure,[33] — сказал он, — но эти джентльмены и я желали бы знать, что означают числа на листке, который вы таскали вложенным в ваш путеводитель.

Следуй испытанному афоризму. Лучший вид защиты — нападение.

— Именно этот вопрос я и хотела задать вам, капитан Барри, если бы сподобилась получить от вас интервью. Однако смею предположить, вы ушли бы от ответа. Потому что эти даты, несомненно, имеют для вас значение, и огромное, иначе зачем бы вашим приятелям, таким истинным джентльменам, красть из моей сумочки именно этот листок.

— Логично, — заметил Ник. — Кто дал вам эти даты?

— Мне дали их в редакции. Они были среди других сведений, которые я получила вместе с заданием. Часть исходных данных.

— Вы имеете в виду редакцию журнала «Прожектор»?

— Точно так.

— Где вам поручили написать очерк о неком отставном военном моряке — то бишь обо мне, — поведав миру, чем он заполняет время, какие у него увлечения и так далее.

— Совершенно верно.

— И другим вашим коллегам заказали такие же очерки о других отставниках.

— Именно. Серия очерков. В редакции ухватились за эту идею. Нечто свежее.

— Н-да. К сожалению, вынужден подпортить вам рассказ, но мы выяснили у издателя «Прожектора», что там не только не намерены публиковать подобную серию, но и что никакой Дженнифер Блэр среди их сотрудников, даже на самой мизерной должности, не числится.

Ей следовало этого ожидать. При его связях в прессе. Жаль, что она не журналистка. Что бы он там ни скрывал, его тайна, разоблаченная в любом воскресном приложении, принесла бы ей состояние.

— Видите ли, — сказала она, — тут есть щекотливые обстоятельства. Не могла бы я поговорить с вами наедине?

— Можно и наедине, раз вам так предпочтительнее, — заявил Ник.

Семеро молодцев дружно вскочили на ноги. Крепко спаянная команда. Воспитанная в том духе, какой, надо думать, нравится Нику.

— С вашего разрешения, — добавил он, — радист останется на своем посту. Радиограммы идут потоком. Он ничего не услышит из того, что вы скажете.

— Пожалуйста, — сказала она.

Семеро молодцев потянулись за дверь, Ник откинулся на спинку кресла. Проницательный синий глаз ни на мгновение не отрывался от ее лица.

— Садитесь и выкладывайте, — сказал Ник.