Все-таки Фолкнер хорош как представитель глубинки, истинно народной жизни и, таким образом, как антипод «космополитам-авангардистам» типа Джойса. Выстраивая свою схоластическую схему, дьячки «нацболизма» объявляют суть современного конфликта: космополиты против России, космополиты против Америки, космополиты против мира, космополиты против самого бытия.

В американской культурной жизни, по мнению другого кита «нацболизма» Кожинова, существуют сейчас «здоровые возрожденческие» силы и «темные силы распада»; к последним относятся «постмодернисты». К постмодернистам же, злокозненным, что язвительно противостоят «истинным ценностям американского народа», московский мудрец относит народ такого типа: Ален Гинзберг, Джек Керуак, Лоуренс Ферлингетти, Курт Воннегут, Джером Сэлинджер, Джон Апдайк, Филип Рот, Норман Мейлер, Питер Брукс, Джерри Рубин, Джеральд Дворкин, Пол Гудман, Дениз Левертов, Карл Шапиро. Процент еврейских имен, как мы видим, в списке «темных сил» весьма высок; так у «нацболов» всегда.

В том факте, что многих писателей из этого списка в шестидесятые и в семидесятые годы публиковали в СССР, Кожинову видится некое звено мирового космополитического заговора. Люди, публиковавшие их, делали вид, что имеют дело с бунтарями против капиталистического общества, а на самом-то деле их бунт направлен «в равной степени — а подчас даже в большей — против социалистического образа жизни».

Постмодернистский бунт, по Кожинову, являлся орудием «заправил мирового империализма», «Бельдербегского клуба (?) и ЦРУ» и способствовал выработке зловещей политики Рейгана.

Чуть-чуть споткнувшись на «неоконсерваторах» — ведь они, настоящие «враги социализма» и друзья президента Рейгана, на дух не переносят постмодернистов, — Кожинов пускается в их перечисление: «Норман Подгорец, Ирвинг Кристол, Роберт Элтер, Чарлз Френкель, Дэвид Рисмен, Натан Глейзер» — ах, как будоражит эндокринную систему «нацбола» само звучание этих имен! — и тут с легкостью и (согласимся) полной естественностью приходит к выводу: и те, и другие являются антикоммунистами, космополитами, действующими в полной стачке друг с другом, сначала одни, потом другие, ибо «перед нами две стадии(!) развития одного литературного и, шире, идеологического явления. Цель и на той, и на другой стадии одна: превратить американский народ в послушное орудие международного империализма и сионизма».

Последнее слово кожиновской аргументации нам следовало бы подчеркнуть трижды, в нем содержится корневая идея всех этих дубовых «нацболовских» построений: «Бей жидов, спасай Россию и Америку!» Главный враг нацизма любой окраски остается все тем же.