Валентина тайком от учителя заглядывает в телефон:

– Действительно красиво получилось, спасибо! Против солнца, но я еще обработаю. Так что, купила его в итоге?

– Кого? Фотик? А как же! Когда сможешь, опробуем.

– Как насчет завтра? Устроим фотосессию в парке?

– А может, сегодня после школы?

Эльпиди все так же невозмутим:

– Историк Кассиодор описывает первые жилища венецианцев как «гнезда водоплавающих»…

– Посмотри только на эту курицу, как выпендривается…

Неформалка Кьяра – полная противоположность Валентины: в комбинезоне, тяжелых ботинках, с копной дредов на голове и гроздью пирсинга в носу. Ее интересуют мероприятия в общественных организациях, митинги в защиту окружающей среды, конференции по проблеме женского обрезания. Она выступает за курсы итальянского для иммигрантов, за права ЛГБТ-сообщества и за сборы средств для беженцев. А еще терпеть не может Валентину.

– Роберта не лучше! – поддакивает Марта, миловидная шатенка с большими темными живыми глазами. Они с Кьярой – полная антитеза Валентине с Робертой.

Эльпиди как ни в чем не бывало продолжает:

– Изначально острова укрепляли с помощью насыпей и свай, которые вбивали в илистый грунт, чтобы не дать водам залива разрушать жилища.

У Сильвии, блондинки с ослепительной улыбкой, что сидит за второй партой в левом ряду, в кармане начинает вибрировать телефон. Она осторожно, чтобы не заметил учитель, достает его.

– Это Энрико!

– О, Энрико! – передразнивает ее Анита, соседка по парте и по совместительству лучшая подруга с начальной школы. У нее копна непослушных кудрей, безупречный макияж и стройная спортивная фигура. Внешне ее легко принять за студентку или даже за молодую женщину. В школу она ходит с сумкой «Луи Виттон» вместо рюкзака.

– Он такой милашка, – расплывается в блаженной улыбке Сильвия.

– Энрико?

– Смотри, он поставил сердечко!

– Ну и ну! Надо же, как Карась расщедрился!

– Перестань! Его так с началки никто не называет!