«Кипяток» — это слово, внутреннее значение которого как бы не позволяет ему разворачиваться по горизонтали в дискурсивную цепочку, это слово, выпрыгивающее вверх. Флоренский анализирует синтаксические структуры, в которых может проявлять себя это слово. Синтаксис с его структурой «суждения» в принципе всегда содержит в себе дискурсивную линеарность. Но линеарность эта особого толка. Вот что пишет Флоренский:

Психологическим сказуемым к этому слову будет кипящий, т. е. прыгающий, а психологическою связкою, — вероятно, то мускульное чувство, которое мы испытываем, вскидывая голову для наблюдения за прыгающим существом. Психологическое суждение будет, следовательно, таково: г-н Кипяток — (вскидываю голову) — кипящий (подлежащее) (связка) (сказуемое)[497].

Психологическим сказуемым к этому слову будет кипящий, т. е. прыгающий, а психологическою связкою, — вероятно, то мускульное чувство, которое мы испытываем, вскидывая голову для наблюдения за прыгающим существом. Психологическое суждение будет, следовательно, таково:

г-н Кипяток — (вскидываю голову) — кипящий

(подлежащее) (связка) (сказуемое)[497].

Связка дается как вертикальный жест, рассекающий линеарное движение.

В «Истоке художественного творения» Хайдеггер обозначил разрыв (Der Riß)как Исток[498], как некое вздымание и рассечение, которое приводит к удвоению и в результате противостоянию сил внутри единства:

Этот разрыв срывает противонаправленные силы с их мест, вовлекая их вовнутрь происхождения их единства из единого основания. Такой разрыв есть рассекающий разъем их цельности. Такой разрыв есть взрезающий росчерк, расчеркивающий основные черты просветления сущего. Этот разрыв не дает распасться, взорвавшись, противонаправленным силам, но все противонаправленное мере и пределу приводит к единству очертания[499].