Приведу лишь один пример грубейшего нарушения Горбачевым этой присяги и Конституции СССР. Известно, что 17 марта 1991 года, состоялся всесоюзный референдум о сохранении Союза Советских Социалистических Республик (СССР), в ходе которого 76,4 % проголосовавших высказались за сохранение СССР.

Тем не менее 8 декабря 1991 года Б. Ельцин, президент РФ, Л. Кравчук, президент Украины, и С. Шушкевич, председатель ВС Республики Беларусь, встретившись в Беловежской Пуще, подписали преступное по содержанию соглашение, прекратившее существование Союза ССР.

Также известно, что перед вылетом в Беловежье Б. Ельцин 4 часа провел в кремлевском кабинете Горбачева, который давал ему указания. Не вызывает сомнений, что Ельцин в Беловежье выполнял наставления Горбачева. Видимо, по этой причине президент СССР предпочел не заметить факт государственной измены, совершенный в Беловежье тремя предателями: Ельциным, Кравчуком и Шушкевичем.

В этой связи напомню, что 2 апреля 1990 года Горбачев подписал Закон СССР «Об усилении ответственности за посягательство на национальное равноправие граждан и насильственное нарушение единства территории Союза ССР», а 3 апреля 1990 г. «О правовом режиме чрезвычайного положения».

Кстати, ГКЧП возник в рамках исполнения этого последнего Закона. Причем список членов ГКЧП Горбачев лично составил 18 августа 1991 г. на даче в Форосе. Об этом писал премьер В. Павлов. Об этом свидетельствуют и материалы следствия по уголовному делу ГКЧП.

Не вызывает сомнений, что реализацию положений вышеназванных законов СССР Горбачев подменил пустословием и принятием нескольких указов, которые не исполнялись. Одним словом, президент СССР вел себя как человек, которому был выгоден распад Союза.

Известно, что в период беловежского сговора, прекратившего существование СССР, советский спецназ почти сутки в полной боевой готовности ждал вылета в Белоруссию для ареста заговорщиков. Но приказа от президента СССР так и не последовало, хотя законы СССР и результаты мартовского (1991 г.) Всесоюзного референдума о сохранении Союза, подтвердившего стремление большинства населения жить в единой стране, позволяли президенту СССР принять самые суровые меры к беловежским заговорщикам.