С утра Санька погнал народ готовить линию обороны. Ближе к концу марта снег на голом берегу уже почти истаял, а вот в лесу стоял выше колена. Слежавшийся, местами до состояния льда, ноздреватый, посеревший. Вот в этом снегу атаман и велел всем рыть окопчики.

— Чтобы быстро добраться до места, не колупаясь в снегу, — пояснял он казакам и даурам. — Чтобы враг нас почти не видел. И попасть в нас не мог.

Разумеется, снежные насыпи не остановят пулю, даже стрелу не сильно замедлят. Но метко стрелять сквозь стенку (пусть и снежную) умеют немногие. К тому же, Дурной приказал наваливать на внешнюю сторону окопчика камни, обломки деревьев. И всё это тщательно прикрывать маскировочным снегом. Всё, как с уроков НВП.

За первый день возвели почти 200 метров ломаной линии окопов. Санька не уверен, что именно такая конструкция необходима в реалиях XVII века, но решил не отходить от канонов. От первой линии были прокопаны пять сужающихся друг к другу дорожек вглубь обороны. Не такие глубокие и без навалов из камней и бревен; просто, чтобы бойцы могли быстро и скрытно добраться до окопов и также отступить. В 40 шагах от первой линии оборудовали вторую: небольшой вал из снега, камней и веток. Здесь можно закрепиться в случае неудачи на первом рубеже. Дальше, до самого лагеря — только тропы натаптывали.

Укрепления ставили два дня. А затем пришлось только ждать. Дурной разослал секреты во все стороны, поскольку доверял им больше, чем учебникам истории. Теперь, при любом раскладе, он узнает о подходе врага минимум за час. Чтобы войско не скучало, каждый день в неизвестный час атаман объявлял тревогу и проверял, как быстро и слаженно отряды занимают позиции. С каждым разом выходило всё лучше, только воины — что казаки, что дауры — злились от этого всё сильнее. Кто-то из князей даже пытался отлынивать от тренировок, посылая лишь своих людей.

— Ополумели, что ли? — орал на них Дурной. — А если правда враг?! Как ваши воины без командиров будут!

— Когда маньчжуры придут — уж мы не отстанем! — улыбался Бараган.

— А как вы настоящую тревогу от тренировочной отличите? — размахивал руками Известь и понял, что сам себя в ловушку загоняет. Если они будут отличать — вообще никто тренироваться не станет. А если не смогут — то последствия могут оказаться катастрофическими.

Глава 65

Глава 65

Учения пришлось отменить, и на разноплеменный отряд навалились скука да безделье. Те, кто не был занят в охране, кого не отпускали на охоту, маялись дурью. Местных хотя бы Науръылга развлекал. Чохарский шаман, который увязался с отрядом Галинги, обустроил целую полянку в стороне от лагеря, утыкал ее бревнами, на которых резал странные знаки, развешивал ленточки, фигурки — и постоянно камлал.