– Смотри мне в глаза, – велел я и, когда парень повернулся, тихо продолжил: – Ты понимаешь, что все случилось из-за него? Если тебе была дорога семья – он ее разрушил. Если тебе была дорога Саша – он ее отобрал. Причем отобрал подлым способом: ему не удалось совратить твою жену, не удалось произвести на нее впечатление и заставить предать тебя. Он совратил тебя. И ты ее предал. А потом он убедил тебя обвинить во всем Сашу: в твоей слабости и твоем предательстве. Я не могу назвать тебя подонком: подонок – Денис. Ты же просто имбецил. Без ума, без характера, без гордости и без силы. – Я чуть подался вперед, но продолжил смотреть парню в глаза. И еще больше понизил голос: – Если ты ничего не изменишь, то навсегда останешься слабым. Денис унизил не Сашу, в первую очередь он поимел тебя…

>>>

– Что ты сказал Вите? – спросила Саша, когда мы подъезжали к дому.

– Высказал отношение к случившемуся, – ровно ответил я.

Потапов бросил на меня быстрый взгляд, вздохнул, но промолчал.

– Витя достаточно наслушался от Андрея, – обронила девушка. – А ты сидел с ним еще десять минут.

– Я не мог промолчать, а то получилось бы, что напрасно съездил в Строгино. – И, не желая больше говорить на эту тему, обратился к Потапову: – Все сделали?

До сих пор мы не разговаривали: нам с Андрюхой не требовалось, а Саша благоразумно помалкивала.

– Да.

– Витя поделился фото с Денисом, но только сегодня, и дальше телефона они уйти не успели.

– Хорошо, – подытожил я. И не стал уточнять, что даже если фотографии ушли дальше телефона, Денис не рискнет их выкладывать.

– Я опять должна вас благодарить, – тихо сказала девушка. – Вы меня выручаете, выручаете, выручаете…

– Ты прям ведро с неприятностями, – сообщил Потапов. Потом повернулся, с улыбкой посмотрел на Сашу и поправился: – Ладно, не ведро – изящная ваза. Но неприятностей в тебе капец как много.

– Надеюсь, на этом они закончатся.

– Хорошо бы.

Загонять оперативную машину во двор мы не стали, остановились на бульваре, Андрюха сказал, что подождет своих – нужно было с ними переговорить, а мы с Сашей направились к дому.

– Мне было неловко и обидно, – призналась она, глядя под ноги. – Обидно понятно на что, а неловко – перед тобой. Я не хотела, чтобы ты видел эти фотографии. Особенно последнюю.

– Мне неловко, что ты сейчас об этом говоришь, – ответил я. – В том, что вы с мужем делали интимные фото, нет ничего странного или непристойного. Это ваше личное дело. Он поступил недостойно, не ты.

– Спасибо, что понял именно так.