Эта черта отличает и другие рассказы Нгуен Нгока, в них намечается важнейшая тема — утверждение идейно-нравственного потенциала строителя нового общества. Для старого Кама нравственная чистота человека революции является столь же естественной, как и дыхание, в этом неграмотном горце словно воплотились поэзия народного характера и поэзия революции.

Цельность характера отличает и юную учительницу Тует из рассказа «Героиня»; она покинула столицу, чтобы учить ребят в глухом горном краю. У нее есть возможность вернуться к жениху в Ханой, но эта дилемма, не успев вылиться в конфликт, снимается, ибо чувство долга и возникшее в душе девушки ощущение кровной связи с людьми гор оказываются сильнее. Сюжет в этом рассказе Нгуен Нгока тоже почти не намечен, так как отсутствует конфликт, зато важную роль играет поэтичный пейзаж, созвучный высокому настрою чувств героини.

Суровая мораль революции требует от строителя нового общества жесткой самодисциплины и даже самоотверженности, она приходит в столкновение с обывательскими привычками — эта тема, которая намечена у Нгуен Нгока, характерна для многих рассказов начала 60-х годов, резко выявляющих общественную значимость поступков человека. Но и здесь, несмотря на явное усиление роли событийности, сюжетных элементов, на первый план выдвигаются психологические коллизии. В рассказе Хыу Мая (род. в 1927 г.) «Дары счастья» молодожены приносят свадебные подарки для передачи Алжиру, который тогда только что обрел независимость в результате кровопролитной войны; устами молодой женщины высказываются несомненно наивно-романтические идеи, которые звучат укором в адрес пассажиров машины, нагруженных сумками и свертками и спешащих к празднику домой. Надо сказать, что столкновение между личным и общественным находит в рассказе несколько прямолинейное, «плакатное» разрешение.

Несомненно, более глубокое понимание перестройки психологии человека отразилось в рассказе Фам Хо (род. в 1926 г.) «Соановый сад», в котором значение символа приобретает лирический пейзаж — рощица стройных деревьев-соанов (она «выделялась своей яркостью среди увядающей зелени бамбука и светлых листьев бананов»). С этими деревьями слишком многое связано в жизни старой женщины и ее сына, а их надо срубить для расширения строящегося по соседству нового предприятия; вновь возникает внутренний конфликт, но общественные интересы берут верх. В рассказе есть, возможно, еще смутное сознание того, что последствия индустриализации не только однозначно положительны, — в расставании с прошлым всегда таится и горечь утрат.