Харг стоял у окна своей спальни. Теперь мать называла её комнатой для приёма гостей, а отец — личным кабинетом. Спальня ещё хранила свои воспоминания. Книги на полках, настольные игры в ящиках стола, медные и стеклянные фигурки на поверхности относились ко временам Харговского детства.

Воспоминания путались. Харг словно путешествовал сквозь время. Он отвернулся от окна и увидел своих воображаемых братьев — близнецов: двадцатидвухлетних Харг сгорбился перед экраном монитора; двадцатишестилетний растянулся на диване с газетой; семнадцатилетний всматривался в сумрачный пейзаж за окном. Но внезапно видения рассеялись, и Харг снова стоял у окна в своём бездарном настоящим, он смутно догадывался, что в скором времени и оно станет его прошлым, превратившись в ещё один не чёткий отпечаток в голове будущего Харга.

Харг слышал, как в соседней комнате родители спорили о чем-то яростным шёпотом. Мысли неохотно вернулись на два часа назад, когда Харг позвонил в дверь родительского дома.

Открыла мать. Увидев Харга, она смутилась. Родители не верили, что Харг всё-таки к ним приедет. Нет, они конечно же рады, но разве сложно было предупредить что он приедет? Мать заспешила наверх приготовить Харгу его постель, отец направился на кухню ставить чайник. Родители подняли с постели бабушку, и все вместе уселись в гостиной у телевизора. Разговор вышел таким неловким и бессмысленным. Впятером, подумал Харг; Он, отец, мать, бабушка и этот ящик.