Работы по изучению малоценной литературы дали существенные выводы, позволившие расширить сферу применения социологического анализа к произведениям классической и высокой литературы.

2. «Литература и общество»: литература как культура и литература как общество

Систематическое изучение тривиальной литературы, описание ее форм, типовых особенностей построения, ее истоков, среды распространения, идеологических и культурных ценностей, несомых ею, обнаружило, что это не предметная сфера, не литература определенного типа, а исследовательская проблема, требующая анализа идеологии «высокой» литературы, а значит, и тех групповых ценностей литературоведов, которые маркируют тематическое своеобразие как чисто эстетическое. Каких-либо специфических – жанровых, конструктивных, стилистических – признаков произведений, относимых к низовой словесности, нет – напротив, как мы указывали выше, само представление, на основе которого литература и общество приравниваются друг к другу, как бы это ни было очевидным для нас сейчас, является продуктом своеобразной социально-исторической и культурной ситуации XVIII в.; оно чуждо античной и средневековой традиции и едва ли где может быть зафиксировано вне европейской культуры последних двухсот лет. Однако именно сохранением его или трансформацией обусловлены постановка проблем и принципы работы большинства социологов литературы вплоть до недавнего времени.

Родившееся в XVIII в. специфическое нормативное понятие о литературе и искусстве целиком определялось их причастностью к «культуре», своеобразной антропологической программе, базирующейся на идее культивирования личности. Автономная субъективность – это ценность, которая в системах идеологии того времени являлась «легитимирующим» основанием для прочих социальных институций и соответственно для суждения о мире, окружающем человека, истории и будущем. Применительно к литературе основу этого мировоззрения составляла идея «естественности», «природной» функциональной связи или даже идентичности творческой экспрессии поэта с совершенно иными пластами значений, например с когнитивной рациональностью, т. е. идея тождества актов субъективного выражения, переживания, чувствования и познания. Постулат «истинности» поэтического выражения лег в основу идеологии литературы и искусства, значимой для определенных групп, и в настоящее время обеспечивает литературному произведению своеобразный характер «документальности», что позволяет говорить об эстетических объективациях и артефактах как выражении «духа времени» (соответственно, «духа общества»).