Был открыт джаз-клуб «На Раушской», возглавляемый Алексеем Баташевым – автором первой монографии «Советский джаз». Исполняли джаз и в кафе «Молодежном» на Тверской, где играли впоследствии названные великими, гениальными артистами – трубач Андрей Товмасян и саксофонист Алексей Козлов. Здесь состоялся первый московский фестиваль «Джаз-62».

Знаменитое кафе «Аэлита» размещалось в боковом проезде Садово-Каретной, в помещении бывшего кинотеатра. Чтобы попасть туда, надо было занимать очередь с самого утра. Кафе это облюбовали поэты, писатели, журналисты и фотографы: Евгений Евтушенко, Василий Аксенов и Булат Окуджава. Здесь пел Владимир Высоцкий.

Молодежное джазовое кафе «Синяя птица». 1964 год

Модным местом было и располагавшееся напротив центрального входа МХАТа «Артистическое кафе». Подавали там разнообразные закуски и выпечку, а из горячего только глазунью из двух яиц и сосиски. Зато какая была публика! Талантливейшие актеры “Современника”: Олег Табаков, Владимир Заманский, Вячеслав Невинный, Валентин Никулин; журналисты, смело писавшие на самые злободневные темы, театральные критики, художники, поэты…. Иногда захаживал сам Булат Окуджава! Бывали там и люди старшего поколения, те, кто пережил сталинские лагеря.

«Новая реальность»

«Новая реальность»

Бурное движение наблюдалось и в художественной среде. В Москве возникло направление, названное Вторым авангардом (первым были живописцы 20-х годов). Возглавил его художник Элий Белютин – ученик мэтра первого авангарда Аристарха Лентулова. Свою школу Белютин назвал «Новая реальность». Это была странная, но несомненно очень эффектная абстрактная живопись.

Студия арендовала один из залов в Доме учителя на Большой Коммунистической улице. На Таганке прошла первая выставка новых реалистов, на которой присутствовали в том числе иностранные журналисты. Выставка длилась лишь несколько дней, а потом ее запретили. Тогда Белютин выставил картины в Манеже на большом вернисаже, посвященном 30-летию Московского отделения Союза художников. Вернисаж посетил Хрущев и пришел в ярость, он неистово ругался и оскорблял живописцев. Картины немедленно убрали, а по всему Союзу обострилась борьба с формализмом и абстракционизмом в живописи. Эти направления стали называть «агрессией против искусства».

В результате появился московский андеграунд. Поразительно, что картины советских художников-нонконформистов охотно покупали за рубежом, а у себя на Родине они не имели права проводить выставки.

Когда художник Оскар Рабин и поэт и коллекционер Александр Глезер открыли выставку 12 художников в клубе «Дружба» на шоссе Энтузиастов в Москве, то проработала она всего лишь два часа, а потом ее закрыли. Рабина и Глезера уволили с работы. Ну а после столичным ДК и вовсе было запрещено самостоятельно организовывать выставки.