С одной стороны, произошла демократизация общества, была отменена цензура, достигнута разрядка в отношениях с Западом. С другой стороны, в экономике СССР наступил сильнейший спад, чудовищно выросла преступность, обострились межэтнические противоречия, вылившиеся в кровавые вооруженные конфликты. Еще больше ослабла центральная власть. Крупное производство останавливалось, имущество заводов и фабрик разворовывалось.

В 1990-х годах в Москве быстрыми темпами возводились рынки. Под торговые места были отданы некогда славные стадионы: «Лужники», «Олимпийский», «Динамо». Крупнейшим оптовым рынком Москвы стал Черкизовский – «Черкизон». По большей части там продавали дешевое шмотье, привезенное из ближнего зарубежья. Работали и «кооперативы» – мелкие фирмочки, производившие подделки под модные бренды. Обычно эти подделки были очень низкого качества.

Была объявлена «приватизация». Перешли в частные руки крупнейшие московские предприятия, банки, магазины, жильё. Городские улицы покрылись аляповатыми рекламными щитами, уродовавшими фасады старинных особняков.

По сути, объявленная «перестройка» вместо того, чтобы решить проблемы, еще больше их обострила. СССР оказался в состоянии системного кризиса. К тому же возникло двоевластие: каждая республика избрала своего президента. Формально они подчинялись Президенту СССР, но на деле были самостоятельны. Все вместе это привело к распаду СССР.

Новые русские

Новые русские

В Москву пришла организованная преступность. Всевозможные воры в законе стали устанавливать свои порядки. Они делили между собой город, устраивая бандитские разборки. В газетных статьях замелькали странные имена: Леша-Солдат, Гриша-Северный, Вася Бриллиант, Паша Циркуль…

В Москву со всей страны съезжались люди, стремившиеся заработать. Порой они попадали в ловушку: нанимались на частный заводик, у них отбирали документы – и превращались они фактически в рабов. Приходилось беднягам годами вкалывать, не получая никакой зарплаты и даже не имея возможности покинуть территорию предприятия. Хорошо еще если солнечный свет видели! В Черкизове в заброшенных сталинских бомбоубежищах приезжие из Средней Азии жили и работали под землей, не выходя наружу. Они шили «брендовые» шмотки, которые продавали тут же – на Черкизоне.

Совершались заказанные убийства: народного депутата Галины Старовойтовой, журналиста Влада Листьева… Но самым страшным было то, что в столицу России пришел международный терроризм. Начиная с середины 90-х не проходило и года, чтобы в Москве не гремели взрывы, не гибли люди. Страшной памятью остались в истории Москвы взрывы на перегоне между станциями «Тульская» и «Нагатинская», в жилых домах на улице Гурьянова и на Каширском шоссе, в переходе под Пушкинской площадью… Многодневным кошмаром обернулся захват террористами театрального центра на Дубровке, где шел мюзикл «Норд-Ост».