Светлый фон
Гуситы широко применяли вагенбурги в войнах (1419–1434). Во многом благодаря боевым возам с установленными на них орудиями, гуситы успешно отражали атаки тяжеловооружённого противника.

Продолжая таким образом модернизацию своего войска, я добиваюсь того, чтобы мои бойцы во время марша и перед боем меньше уставали. Чтобы могли «поднять» больше полезного груза и выстроить более серьезную оборону.

Понимаю, что этой модернизации будет сопутствовать более дорогое и сложное обслуживание и содержание, увеличение штата тыловых подразделений. Но я готов на это пойти, тем более что дружина в таком виде будет использоваться вариативно, в зависимости от обстановки.

Немного отвлекся от текучки на планирование, а потом снова пошло-поехало: владельцы различных производств и мастерских, вереницы посетителей… Дни, сгораемые в рутинной текучке, замелькали один за другим.

*****

Наступил руен, первый чертог осени. Один день сменял другой в бесконечной, не приносящей удовольствия, но необходимой «текучке». Выныривал из этой трясины только во время ежедневных тренировок, занятий с Агро и, конечно, во время общения с Ивой.

В один из таких, не отличающихся друг от друга дней, я собирался проинспектировать занятия с ополчением, но на выезде из подворья меня перехватил гость. Смутно знакомый дворянин в сопровождении целого десятка воинов.

Ни на его одежде, ни на одежде его воинов не было ни гербовых цветов, ни изображения самого герба. Но то, что это не простолюдин, это я могу сказать с полной уверенностью. Сопровождавшие меня кирасиры ощетинились оружием, но дворянин поднял перед собой пустые ладони, явно давая понять о миролюбии своих намерений.

— Достопочтенный Сержио, позвольте поприветствовать вас, — обратился ко мне приезжий дворянин.

Молодой мужчина, возрастом кругов за двадцать, но, пожалуй, меньше двадцати пяти. Его одежда пошита из дорогого материала, но покрой не вычурный, прямо как я люблю. Стройный, жилистый, видно, что сильный. От наметанного глаза это не скрыть.

— Вы не помните меня?

— Должен признаться, что нет, — я действительно, как ни старался, не смог вспомнить, где встречал этого человека.

— Почти три круга назад, зимой. На Торговом тракте в харчевне Брезны, — улыбнулся дворянин.

— Вот, Моркант хорошо помнит, — кивнул на одного из всадников мой собеседник. — Вы его тогда одним ударом вырубили.

Воин на которого указал их предводитель обиженно насупился.

— Аааа, вспомнил! — я действительно вспомнил ту стычку в харчевне после нападения на нас грабителей.

Мы тогда перебили большую ватагу разбойников, а захваченных в плен рассадили вдоль Торгового тракта на колья. Мы понесли потери, и я был в бешенстве от этого.