Светлый фон

– Очень интересно. Россия ищет национальную идею; кажется, вновь стоит на перепутье. Да и весь мир охвачен какими-то неясными процессами – люди это чувствуют. Я помню еще одну вашу работу – «Понять Россию. Книга о свойствах русского ума», у которой – следил за ней в интернете, был высокий рейтинг…

– Очень интересно. Россия ищет национальную идею; кажется, вновь стоит на перепутье. Да и весь мир охвачен какими-то неясными процессами – люди это чувствуют. Я помню еще одну вашу работу – «Понять Россию. Книга о свойствах русского ума», у которой – следил за ней в интернете, был высокий рейтинг…

Да, ее буквально смели с прилавков книжных магазинов за пару недель…

– Так ваша новая книга является продолжением «Понять Россию»?

– Так ваша новая книга является продолжением «Понять Россию»?

И да, и нет. Но скажу несколько слов об истории написания «Запада и России», чтобы понять, о чем она. Вначале я хотел сосредоточиться на раскрытии особенностей русской цивилизации, как она сложилась в мировой истории. Там были большие главы, посвященные истории России, ее культуре, оригинальности литературы, феноменальности русского языка, поразительному своеобразию менталитета русского человека. Рабочее название было – «Сокровенная Россия: загадки русской цивилизации», но чем больше я углублялся в существо проблем – а что такое Россия в общечеловеческом смысле, почему она сложилась, как отдельная культура и цивилизация именно таким, а не другим образом, почему столь важную роль в ее развитии играет литература, отчего так отличаются ментальность и характер русского этноса от ментальности и характера западного человека, – тем большее количество вопросов передо мной вставало. Вот самый малый их ряд, рассмотренный в книге: каким образом, отставая в своем общем развитии от западной цивилизации, Россия умудрялась одерживать победы на бранном поле в самые критические моменты своей истории, когда, казалось, и устоять было нельзя – война с Наполеоном, Вторая мировая (для России – Великая Отечественная) война, или совершать технологические рывки (индустриализация, космос, атомная энергетика); как получалось, что отделенная разного рода барьерами от просвещенной Европы, Россия, начиная с XIX столетия, без устали генерирует художественные ценности мирового уровня? И, отвечая на эти вопросы, я неизбежно приходил к необходимости ответить и на другой, чрезвычайно важный, вопрос: что же определяет очевидное, запечатленное во множестве именно западных источников неприятие России, ее культуры, ее достижений, ее человека со стороны Запада на протяжении многих веков, исчисляя срок чуть ли не с XVI века?