Дмитрий. В Москву?
Дмитрий.Вадим Сергеич. В Москву, в Москву.
Вадим Сергеич.Дмитрий. Боюсь, Вадим Сергеич, что Иван Александрович меня не поймёт. Скажет, что же ты, Дмитрий Михалыч, не использовал все свои шансы, чтобы восстановить справедливость?
Дмитрий.Мэр ослабляет галстук и расстёгивает воротник рубашки.
Вадим Сергеич. А вы чё, с Иваном Александровичем лично знакомы?
Вадим Сергеич.Дмитрий. С Костровым? Мы же о нём говорим? А как же. На одной ноге. Он юрист, и я юрист. Москва, Вадим Сергеич, город большой и тесный, через шесть рукопожатий все друг с другом знакомы. Так что, если очень захотеть, через знакомых до кого угодно дотянуться можно.
Дмитрий.Вадим Сергеич пододвигает папку к себе.
Вадим Сергеич. Ну, а если я не стану это читать, что тогда?
Вадим Сергеич.Дмитрий. А не читайте. Поверьте на слово: факты вопиющие. Вы их все, конечно, знаете. Сами, так сказать, наворотили. Ужас. И как вас только земля носит? В общем, я вам так скажу, давайте договариваться. Иначе… Ох, я даже не знаю, что и будет. Но, само собой, в пределах законодательства. Ну и прославитесь – в газетах, интернетах… может быть, даже по телевизору покажут, в криминальной хронике.
Дмитрий.Вадим Сергеич глубоко вздыхает.
Вадим Сергеич. Ох, не бережёте вы себя, молодёжь!
Вадим Сергеич.