Я фыркаю:

– А говорят, романтика умерла.

Прежде чем я успеваю осыпать своего парня поцелуями, я вижу Дию, неторопливо идущую к грузовику с телефоном в руке. Секунду спустя она останавливается рядом с нами.

– Ладно, извращенцы, время поцелуев закончилось. Мы должны забрать последнюю коробку до того, как придет Ченс, – говорит она и бежит в сторону общежития.

Мы с Ксавье следуем за ней.

У меня начинает болеть сердце, когда Диа открывает дверь в общежитие. Воспоминания витают в воздухе – день переезда, споры с Дией, подготовка к нашей первой вечеринке в колледже. Вещи Дии остались нетронутыми, просто я всегда была барахольщицей.

Поэтому в таком виде все почти… неузнаваемо.

Ксавье с легкостью поднимает с пола последнюю коробку, и я с ужасом думаю о надвигающейся боли прощания.

– Вот и все, – говорю я Дие, у меня вот-вот потекут слезы.

– Не могу поверить, что ты уезжаешь, – хнычет подруга.

– Да ладно, Ди, я же не в Канаду собираюсь, – усмехаюсь я. – Я буду максимум в получасе езды на машине.

– Я все равно буду скучать по тебе, – признается она, раскрывая руки для объятий, которые я тут же принимаю. – Даже несмотря на то, что ты грязнуля и крала мою одежду и вы двое сломали кровать – буквально.

Мы втроем смеемся.

Она отстраняется и говорит:

– Господи, тут жарко, да?

– Разве? Просто я уже привык – так происходит всякий раз, когда Ви входит в комнату, – Ксав ухмыляется, а я шлепаю его по груди и шутливо закрываю руками ему рот. Что? Он не должен узнать, что я ведусь на его фразочки.

– Ребята, прежде чем вы уйдете, не поможете? У меня никогда не получается открыть эту чертову штуку, – просит Диа, подходя к окну.

– Конечно, – я иду за ней.

В следующую секунду Диа вскрикивает так, будто только что увидела привидение.

– Что случилось? – спрашиваю я.