Звонок телефона.
Ж е л в а к о в (берет трубку, обалдело). «Эльбрус» слушает… Это ты, Поземкин?.. Будь ты трижды… Кто тебя просил засылать санитаров… по какому праву беспокоишь без указания главного психиатра… Чего?.. Отпуск прекращаю. (Вешает трубку.) Что-то у меня, доктор, действительно с головой.
(берет трубку, обалдело)
(Вешает трубку.)
В дверях показалась А н т о н и н а Н и к и т и ч н а.
В дверях показалась А н т о н и н а Н и к и т и ч н а.
А н т о н и н а Н и к и т и ч н а. К тебе из филармонии, Андрей, можно? Входите, пожалуйста. (Впускает в комнату Даму под вуалью.)
(Впускает в комнату Даму под вуалью.)
Д а м а. Простите, что врываюсь к вам без звонка, я очень спешу, здрасте, Богдан, привет, Серафима Кузьминична. (Желвакову.) Я принесла вам вашу анкету… Она не заполнена, вот возьмите, я, к сожалению, не смогу у вас петь, я вообще никогда не пела, то есть пела, только так… дома. Дело в том, что я… буду пробоваться на телевидении как дикторша… Мне назначили в час дня…
(Желвакову.)
Д у б р о в с к и й (тихо). Устроила Ксана?
(тихо)
Д а м а. Она… Говорят, у меня подходящая внешность и чистая речь.
Ж е л в а к о в. Что за оказия, ей-богу… Тут и впрямь с ума сойти можно!
Внезапно из левой стены комнаты, как из двери, с шумом прорвав обои, выходят У с п е н ц е в а с К с а н о й, Д е в у ш к а, Ю н о ш а, А р с е н и й и М а й я.
Внезапно из левой стены комнаты, как из двери, с шумом прорвав обои, выходят У с п е н ц е в а с К с а н о й, Д е в у ш к а, Ю н о ш а, А р с е н и й и М а й я.