Этанол снова можно было использовать в качестве топлива. К концу 1930-х гг. по меньшей мере на 2000 автозаправочных станций Среднего Запада продавалось топливо Agroblends, которое представляло собой смесь бензина со спиртом. Но оно не получило широкого распространения. Рост цен на зерновые погасил политический энтузиазм. Один из помощников Генри Форда в частной беседе признал, что спиртовое топливо не может экономически конкурировать с бензином[689].

РОЖДЕНИЕ ГАЗОХОЛА

После Второй мировой войны этанол снова сошел со сцены. Доходы фермерских хозяйств выросли, и политическое давление ослабло. Но нефтяные кризисы 1970-х гг. и экономические спады, которые наступали вслед за ними, сильно били по фермерам. Многие едва сводили концы с концами, некоторые вообще банкротились. В условиях экономического спада цены на сельскохозяйственную продукцию упали. В то же время цены на важные составляющие структуры себестоимости сельскохозяйственной продукции — дизельное топливо для тракторов, удобрения, изготавливаемые из углеводородов, — резко выросли.

Политическую поддержку этанола обеспечивали сенаторы и конгрессмены из сельскохозяйственных штатов. Приверженцы газохола выражали свою поддержку разными способами, в том числе при помощи уличного театра по-вашингтонски. В рамках одного такого мероприятия в 1977 г. сенатор от штата Индиана Берч Бэй в парке у Капитолия откупорил бутылку водки и торжественно вылил ее содержимое прямо в топливный бак раритетного автомобиля. Его двигатель, к огромному восторгу собравшихся, завелся сразу же. Политическая поддержка трансформировалась в поддержку законодательную — дотацию в размере 40 центов на галлон, а также дополнительные стимулы для инвестиций в производство этанола. Выработка этанола стала расти[690].

Второй нефтяной кризис, разразившийся в конце 1970-х гг., усилил давление на федеральное правительство. В начале февраля 1979 г. вашингтонцы могли наблюдать необычное зрелище: колонна из 3000 тракторов, пройдя по Индепенденс-авеню, добралась до Капитолия, обогнула его и остановилась в парке National Mall. Фермеры были разгневаны, доведены до отчаяния, они хотели продемонстрировать всем, что очень нуждаются в помощи. Они были едины в своем требовании государственной поддержки этанола.

Еще больше политическое давление усилилось в декабре 1979 г. В канун Рождества 1979 г. Советский Союз вторгся в Афганистан. Помимо провозглашения Доктрины Картера, которая гарантировала безопасность Персидского залива, президент Картер также объявил о приостановке экспорта зерновых в Советский Союз, от чего пострадали прежде всего американские фермеры[691]. Но он пообещал разгневанным фермерам крупную новую программу по газохолу, предусматривающую существенные дотации и закупки кукурузы, которая теперь была в избытке. Как пояснил заместитель госсекретаря Уоррен Кристофер, «нашим фермерам лучше выращивать кукурузу для того, чтобы решать наши энергетические проблемы, а не для того, чтобы кормить скот в Советском Союзе». Затем, в разгар предвыборной президентской кампании, Картер ввел пошлину на бразильский этанол, чтобы бразильские производители этанола не могли конкурировать с американскими.