Пролог

Длинная очередь в «Домодедово» заняла добрых полчаса, и когда Арина добралась до окошка паспортного контроля, она уже порядком перенервничала, гадая, что может интересовать пограничников в российской гражданке, возвращающейся из затяжного турне по туманному Альбиону. Валюта? Знакомства? Нарушение визового режима? Секретная информация, к которой она могла быть причастна? Или они уже обнаружили чужой паспорт в синей корочке, покоящийся во внутреннем кармане чемодана? Казалось, ещё минута – и она услышит зловещее: «А вас, девушка, я бы попросил пройти со мной для дальнейшей беседы». Весь день в её голове звучал истошный лай собаки, обнаружившей контрабанду, и она не могла его ничем заглушить.

Стараясь сохранять беспечное выражение лица туристки, которой не терпится сообщить всему белому свету о своём возращении, она поспешно вставила в безжизненный мобильник российскую сим-карту. Телефон запищал и прислал приветственное сообщение: «Поздравляем! Вы находитесь на территории Российской Федерации. Пользуйтесь услугами Билайн». Дрожащими пальцами Арина набрала сообщение: «Я приземлилась, стою в очереди на паспортный контроль. Надеюсь, всё будет хорошо. Как пройду – дам знать. Если не выйду на связь через полчаса – перезвони».

Потом задумалась, кому отослать. Матери? Отцу? Ведь если её уведут в секретный кабинет для дальнейших расспросов, ни причитания отца, ни сдержанное волнение матери не помогут делу. Кто может среагировать быстро, но без эмоций? Кто может найти нужных людей и надавить на нужные кнопки? К кому обращаться в критический момент? Олежек! Вечный Олежек. Зная его, можно ожидать, что он найдёт связи в ФСБ, ЦРУ и МI5 одновременно. Память услужливо подсказала номер, который она не использовала целый год. Арина забила его в светящуюся строку на экране и помедлила с отправкой. Потом сохранила сообщение и положила телефон обратно в карман. Нет, нужно привыкать жить без всевидящего ока Олежека. У неё был целый год, чтобы научиться.

Очередь продвигалась невыносимо медленно. Над кабинками паспортного контроля висела реклама с издевательским пожеланием: «Почувствуйте себя дома!». Служащая паспортного контроля одарила её настороженным неприветливым взглядом. За двенадцать месяцев в приторно-вежливой Англии, где все улыбаются незнакомцам, Арина отвыкла от этого взгляда-рентгена и внутренне напряглась, губы непроизвольно дёрнулись в улыбке, которую она тут же оборвала волевым усилием. Незавершённая улыбка застыла на лице кривой усмешкой.

– Откуда возвращаетесь? – сурово спросила служащая, листая Аринин паспорт.