31

Средневековый мир не обладает «глубинной генеративной грамматикой» [Krasner. 1993. Р. 257].

32

Подобным образом, две другие конструктивистские теории не различают формирование ранненововременных государств Франции и Англии. Родни Брюс Холл (Rodney Bruce Hall) предполагает, что Франция и Британия XVIII в. являются вариантами одного и того же «территориально-суверенного» типа [Hall. 1999. Р. 100]. Касательно Вестфалии, он сначала заявляет, что в общем пространстве после 1648 г. государство уравнялось с собственной династией. Позже утверждает, что Соглашение стало толчком для кризиса династийной легитимации, заместив династийную легитимность территориальной, то есть raison d’Etat и «институтом современного государства» [Hall. 1999. Р. 60–63,99]. Курт Берч (Curt Burch), в свою очередь, предлагает конструктивистскую теорию современного суверенитета Англии XVII в., которая вращается вокруг дискурса прав частной собственности. Он считает, что подобные процессы происходили и во Франции XVII в. А это приводит его к разногласиям со стандартной теорией МО, предполагающей, что «Тридцатилетняя война на самом деле отмечает этот переход [от династийной власти к суверенному государству] на континенте» [Burch. 1998. Р. 89].

33

«Безбилетничество» (free riding) – имеется в виду экономическая прибыль того или иного рода, получаемая за чужой счет благодаря участию в каких-либо организациях/коллективах, производящих совместно распределяемые блага. – Примеч. пер.

34

Например, Дэвид Паркер (David Parker) утверждает, что «там, где меркантилистский курс оказал какое-то влияние, весьма сомнительно, чтобы этот результат был поддержан буржуазией или же был ей выгоден. Напротив, автономия французских городов стала одной из очевидных жертв утверждения королевской власти» [Parker. 1996. Р. 28–29]. Автономия городов (во Франции и вообще везде) не ставилась под вопрос, пока монархи оставались бесспорными правителями (1100–1450), но вскоре после централизации королей была утеряна. Следовательно, отношения города и короля не вели к капиталистической рационализации, просто бюргеры «увидели прибыли, которые можно извлечь из игры, связанной с подчинением короне – количество должностей, налоговые привилегии, а также ренты с общественных долгов, – вот что стало залогом их интереса друг к другу» [Blockmans. 1994. Р. 237].

35

«Я завершаю изложение на моменте Вестфальского мира (1648), который формально признал систему суверенных государств» [Spruyt. 1994а. Р. 27].