— Ваша мать, Эльза Хаген, немка, в прошлом активист Социал-демократической партии Германии, член РСДРП с 1912 года, впоследствии член РСДРП(б). Ваш отец познакомился с ней, находясь в Германии в эмиграции. Ваши родители поженились в Германии, и ваша мать вернулась с отцом в Россию, которую с тех пор не покидала, и являлась активным революционером. Во время Великой Октябрьской социалистической революции ваши родители находились в Ленинграде, в те годы носившем название Петроград, и непосредственно в день революции участвовали в захвате городского телеграфа. В годы Гражданской войны ваши отец и мать сражались с белогвардейцами в составе РККА, вы в это время находились в интернате. Оба были тяжело ранены в разное время, отец был ранен дважды. Полученные ранения подорвали его здоровье, вследствие чего он умер три года назад. Примите мои соболезнования, товарищ Кузнецов.

— Спасибо, товарищ майор. — Александр вновь насупился. — Мама страдала от последствий ранения в меньшей степени, чем отец, но она часто жаловалась на застарелые боли. Она умерла прошлым летом.

— Ещё раз соболезную. — Майор невесело вздохнул и негромко произнёс: — Старая гвардия уходит… Сейчас её так не хватает…

Майор на мгновение закрыл глаза, словно вспоминал давних и верных друзей, но тут же продолжил:

— Вернёмся к вам. Итак, месяц назад вы закончили Московский государственный педагогический институт иностранных языков с золотой медалью. В совершенстве владеете немецким языком, на котором разговариваете чисто, без акцента. Помимо этого, владеете английским и испанским в рамках институтской программы. Имеете значок «Ворошиловский стрелок», ваш отец отлично владел винтовкой и привил вам любовь к стрелковому спорту. С детства увлекаетесь спортом, посещаете школу учлётов в Осоавиахиме, у вас десять прыжков с парашютом, имеете знак ГТО второй степени и первый спортивный разряд по боксу. Три часа назад вы выиграли первенство института в весовой категории до 82 кг. Ваш рост 187 см, волосы светлые, глаза серые, особых примет не имеется. Через двадцать дней начинается призыв на обязательную военную службу, и вы собираетесь проситься в военные лётчики. Я упустил что-либо?

Офицер умолк и вновь вперил в Кузнецова пристальный взгляд, на этот раз не показавшийся ему столь суровым, как поначалу.

— Всё верно, товарищ майор, — подтвердил Александр. — Я понимаю, что сразу военным лётчиком мне не стать, но я же учлёт [1], если меня возьмут в авиацию, я не подведу!

— Красная Армия, — твёрдо и неторопливо произнёс майор, — предлагает вам вместо лётчика стать разведчиком. Мы научим вас летать. Но сейчас ваши способности и умения более пригодятся Советскому Союзу и коммунистической партии на другом фронте. Ваше слово, товарищ Кузнецов?