Между тем, узнав об этом соглашении, в конце октября 1955 года госсекретарь США Джон Фостер Даллес в беседе с британским министром финансов Гарольдом Макмилланом прямо заявил, что «Насер играет с силами более грозными, чем ему представляется». И в итоге американская дипломатия разработала иную программу довольно жестких мер давления на Каир, находящихся в логике основного принципа даллесовской дипломатии: «балансировать на грани, но не допускать разрыва в отношениях». В рамках реализации этого принципа уже в конце марта 1956 года президент Д. Эйзенхауэр утвердил план «Омега», состоявший из трех частей. В первой части данного плана содержались меры экономического и политического давления на Египет, во второй — способы его политической и дипломатической изоляции, а в третьей части, содержание которой до сих пор остается засекреченной[510], предлагались ряд конкретных мер по созданию внутриполитического кризиса в стране, в том числе за счет резкого снижения цен на египетский хлопок на мировом рынке и организации военного переворота в Сирии. Однако в Лондоне американскую программу действий почему-то посчитали неадекватной и тогда же, то есть в конце марта 1956 года, разработали план вооруженного свержение режима Г. А. Насера, который и сам был давно настроен в пользу военно-силового решения давнего конфликта с Великобританией. Кроме того, планы вооруженного конфликта с Каиром разрабатывались и израильским кабинетом Д. Бен-Гуриона, который еще в конце января 1956 года публично обратился к Лондону и Вашингтону с просьбой оказать военную поддержку его стране.

Однако 23 апреля 1956 года госсекретарь Дж. Даллес дал понять Тель-Авиву, что ему следует соотносить свои действия с интересами глобальной политики США и не ставить весь мир на грань «третьей мировой войны во имя улучшения ситуации в собственных интересах», которые могут «столкнуть СССР и США в условиях ухудшающейся ситуации на Ближнем Востоке». Более того, позицию госсекретаря поддержал и сам Н. С. Хрущев, который в том же апреле вместе с Н. А. Булганиным и академиками А. Н. Туполевым и И. В. Курчатовым находился с официальным визитом в Великобритании, где высказался за введение Совбезом ООН эмбарго на поставки оружия в весь Ближневосточный регион, что очень сильно встревожило и само руководство Египта. Поэтому для успокоения каирского руководства в середине июня 1956 года в Ближневосточное турне вновь отправился Д. Т. Шепилов, но теперь уже в статусе кандидата в члены Президиума ЦК и министра иностранных дел СССР. Несмотря на тот факт, что для самого Д. Т. Шепилова это назначение стало своеобразным сюрпризом, позднее он признался в том, что созданный, по сути дела, В. М. Молотовым МИД был «великолепно отлаженной машиной», поэтому он же его «берег в этом качестве трепетно», опираясь в своей повседневной работе на двух первых заместителей — Андрея Андреевича Громыко и Василия Васильевича Кузнецова, о которых мы поговорим чуть ниже.