Горячая поленика о том, была ли Польша православной до принятия ей католичества, велась лет сорок тому назад, между Мацеевским, с одной, и Рихтером и Островским, с другой стороны. Вспоминая о ней, Спасович замечает, что, хотя есть следы долгого господства (в Польше) христианства по православному обряду, но не сохранилось данных о его самостоятельной организации. Верх над ним одержал обряд латинский, укоренившийся быстро и глубоко и сделавшийся одной из главных основ жизни народной по многим причинам. Перечисление этих причин есть, вместе с тем, перечисление всего того, что погубило Польшу.
Объяснение происхождения названия «Лазенки» имеется и поныне в старейшей части небольшого, но очень грациозного и миниатюрного здания дворца в тех двух комнатах, в которых, в случае пребывания Высочайших особ, устраивается временный буфет, это — купальня или баня, laznia, «лазня».
Варшава. Лазенковский дворец
На стенах этих комнат еще сохранились былые рельефы сатиров и нимф, купающихся или играющих в густых водяных зарослях. На этом месте, гласит предание, существовала купальня еще во времена князей Мазовецких и имелся зверинец Уяздовского замка, неоднократно оглашавшийся пышными охотами целого ряда королей из династий Ягеллонов и Вазы. Король Станислав-Август, уже ко времени окончательного падения Польши, задумал строить на этом месте летний дворец; постройки начаты в 1767, окончены в 1778 году и воздвигались по предначертаниям самого короля; говорят, что под одной из Уяздовских гор он приказал в 1781 году устроить фонтан, из которого брали воду для Анны Ягеллонки, жившей в Уяздове. От наследников королевского имущества дворец приобретен в 1817 году Александром I и составляет теперь собственность Его Величества.
Играющие, легкие мотивы постройки вполне соответствуют былому убранству комнат и тому духу при дворе властителя, который имел своим источником амурные хроники Трианона и Сен-Клу. Еще и теперь пред главным фасадом, на берегу пруда, белеют две очень красивые группы, в особенности одна, Сатир и Вакханка, очень любопытные с разных точек зрения; еще и теперь малый, нижний кабинет, называемый «зеленым», по полинявшей обивке стен, полон портретов самых красивых женщин времени Станислава Августа: герцогини Бирон, княгинь Сапега, Любомирской, графинь Потоцкой, Томатис, Рибинской, Дангоф, Любинской, танцовщицы Бюрк; еще и теперь, в так называемом среднем зале картины Баккиорелли имеют главным действующим лицом женолюбивого Соломона; в чертах лица его можно узнать портреты самого Станислава-Августа в разные годы его жизни. В так называемой Ротонде, освещенной сверху, поставлены неизящные статуи королей: Казимира Великого, Сигизмунда I, Стефана Батория и Иоанна III. Над ними, по своду, которому придан довольно оригинальный вид дыни, помещены четыре медальона того же Баккиорелли, с изображением основных качеств нужных королю: Силы, Справедливости и, наконец, Мудрости.