Но мне предстояло еще одно дело, которое следовало завершить до того, как я вернусь к обычной жизни и постараюсь двигаться дальше. Мне всего сорок два — еще есть время, а теперь я знала, что причина бездетности не во мне. Все еще возможно. Со мной оставалась надежда — этой крохотной искорки было достаточно, чтобы рассеять мрак. Но сначала нужно было купить билеты до небольшого городка в Испании, где работал английский паб, в котором наливают ньюкаслский темный эль.

Мэдди

Мэдди

Апрель

С наступлением весны в Ла-Торнаду вернулась жизнь. Туристы, явно довольные тем, что заказанная рыба подается без головы, снова заполнили паб — пили эль и толпились перед большим экраном, где круглосуточно транслировались футбольные матчи. Мэдди усердно работала: мыла заляпанные кетчупом тарелки, разливала пиво, улыбалась. И думала о Шоне. Они встречались всю зиму. Она ускользала из паба при первой возможности и шла в его квартирку недалеко от гавани. Они смотрели кино, играли в настольные игры, гуляли по пляжу и, конечно, еще кое-чем занимались. При мысли о кое-чем Мэдди краснела. Но теперь он пропал. От него вдруг перестали приходить сообщения, никто не открывал дверь на ее стук, когда она, стесняясь собственной тоски по нему, прибегала днем и вечерами.

Она искренне надеялась, что Шон вернется, и каждый день наряжалась ради него, готовясь встретить его надменно, но великодушно, когда он снова придет в паб. Но его пропал и след. Этот человек был слишком стар, чтобы знать термин «гостинг», но именно так он и поступил. Хорошо еще, что она никому не рассказывала об этих отношениях.

Однажды, вскоре после того, как они виделись в последний раз, в паб зашла женщина. Намного старше Мэдди. Пожалуй, даже вдвое старше. Но было в ней нечто, привлекавшее внимание. Худая как щепка — везет же некоторым! Волосы длинные и темные. Возможно, крашеные, но блестящие и густые. Зеленое платье до колен, шляпа с широкими полями и темные очки. Выговор с претензией, словно у актрисы или кого-то в этом роде. Она искала Патрика.

Мэдди сразу встревожилась. Шестое чувство сразу подсказало ей — жена, хотя она и понятия не имела, с чего так решила. Это была его жена. Но имя — другое.

— Какого Патрика?

Женщина, сняв очки, положила их на стойку, и Мэдди увидела ее серые глаза.

— Патрика Салливана.

— Да? — По шее Мэдди побежали мурашки. — Я не знаю никакого Патрика.

— Он мог назваться другим именем. Мне нужно связаться с ним по поводу наследства. Он может разбогатеть, если мне удастся его отыскать.