Так начался процесс образования материальной и духовной культуры, хотя и сохраняющей яркие, живые следы этнической племенной пестроты в диалектах, но тем не менее идущей к обобщению, к нивелировке, а следовательно — к единой, древнерусской народности в границах Киевского государства.
Но этот процесс не завершился. Феодальная раздробленность, Батыево нашествие, татарское иго, «погибель Русской земли», захват земель Руси шведами, ливонскими немецкими рыцарями, литовцами, поляками, венграми, молдаванами, татарами приостановили наметившийся процесс, разорвали на части Русскую землю.
В течение столетий русское население отдельных земель распавшейся Киевской державы вынуждено было терпеть национально-религиозное угнетение и культурный гнет, часто тесно переплетавшийся с классовым угнетением. Так было во всех западно- и южнорусских землях.
Русское население этих земель потеряло свою государственную независимость и стало подданным польского пана, литовского магната, венгерского феодала, молдавского боерина.
Но память о том, что во Львове, Галиче, Гродно, Холме, Берестье, Ярославе, Орыге, Пряшеве, Густе, Киеве, Минске, Полоцке живут те же «русские», что и во Владимире, Твери, Пскове, Новгороде, Смоленске, Суздале, Рязани, Нижнем Новгороде, связанные общим происхождением, близостью культуры и языка, общностью религии, историческими традициями киевских времен, никогда не исчезала из народного сознания. Еще в XIV в. Молдавия — «Россовлахия», еще в XVI в. на карте Молдавии — русские города, еще в XVII в. в Оргееве (Орыге) говорят по-русски. А рядом, на северо-запад, Червонная Русь, «Russia Rubra», «Russia». На всех европейских картах XV–XVII вв. (Николая Кузана, Мюнстера, Гастальди, Плейтнера, Боплана) земля древних «Червенских городов» — Червеня, Перемышля, Галича, Львова, Самбора, Ярослава, Бельза и других — именуется «Russia».
За Карпатами лежит Русская Поляна, земли Угорской Руси и Пряшевская Русь. Всюду — и во Львове, и в Ужгороде, и в Бресте, и в Саноке — знали, что они — «от многоплеменного рода российского». «От них же (от русских. —
В начале XVII в. еще хорошо знали, что от Вислы до Волги «один народ и одна вера»[789]. Недаром за «русский народ», «за землю Русскую», «за веру русскую, православную» боролся с панами Богдан Хмельницкий и освобождал «русские» земли — Киев и Зборов, Львов и Брацлав, степи Украины и леса Белоруссии, Задесенье и Киев, Северскую Украину и «Вишневеччину», Подолию и Полесье, Мозырщину и Волынь. Для него, для его казаков это была Русь, земля Русская, Русский край, как и они сами были русские, единоверные и единокровные братья своих восточных соседей — русских Московского царства.