Неудивительно, что последовавший за этим «Финал» был посвящен изживанию этой травмы, работе над коллективным горем: продуктивная тема для наших дней, а для Штатов – еще и эхо трагедии 11 сентября. Но предложенная Marvel терапия оказалась предсказуемой: переиграть случившееся, вернуть время вспять, уничтожить виновного во всем негодяя и апроприировать его волшебную перчатку. Зачем, в конце концов, еще нужны блокбастеры?
Концептуально камерный «Ванда/Вижн» концентрируется на горе одной конкретной женщины, потерявшей возлюбленного. Ее травма в прямом смысле слова становится строительным материалом для сериала. Однако постепенное развитие сюжета и жанра – от абсурдистской комедии до реалистической, невзирая на фэнтезийный элемент, драмы – приводит героиню и зрителя к простой мысли: смерть не переиграть, ушедших не вернуть, возникшую на их месте пустоту ничем не заполнить.
Эмоциональная мощь «Ванда/Вижн» – в необратимости этой идеи, беспощадность которой столь отважно противоречит терапевтической сверхзадаче, по сути, любого голливудского кино, широкоэкранного или телевизионного. Ванде придется принять свое горе, которое – в отличие от любого, сколь угодно сильного противника, – не получится победить в честном бою.
Глава восьмая. Магия
Природа сверхспособностей и чудотворных мутаций большинства из команды Мстителей проговорена и в фильмах Marvel, и в комиксах-первоисточниках довольно сбивчиво.
Природа сверхспособностей и чудотворных мутаций большинства из команды Мстителей проговорена и в фильмах Marvel, и в комиксах-первоисточниках довольно сбивчиво.
Однако с Вандой как раз все понятно. Она – Алая Ведьма («алая», «scarlet», ассоциативно связывается с «Алой буквой» Готорна, в свою очередь небезразличного к теме американской охоты на ведьм и салемского процесса). О ее ведьминской природе сообщает соперница – Агата.
Если гуманистическая традиция предписывает абсолютное сочувствие оболганным жертвам Салема, мученицам пуританской эпохи, то хорроры, комиксы и легенды позволяют видеть в убиенных женщинах подлинных ведьм. Нынешняя этика, впрочем, не мешает вставать на их сторону и в этом случае (благо в магических способностях проще простого увидеть сублимацию женской природы как таковой), перевернув сказочный стандарт и защищая права ведуньи, как это было сделано, например, в анимационном «Паранормане».
Ванда тем не менее настоящая ведьма. И одновременно страдающая от потери любимого человека женщина. Она подчиняет своей воле и мучает случайных жертв ради воссоздания иллюзии своего семейного счастья, превращения реальности в черно-белый сериал, наполненный противоестественным смехом и немотивированной радостью. Легионы спецслужбистов и солдат с их бронетранспортерами под грозной властью ее магии превращаются в комичных и беспомощных циркачей.