Таким образом, новая хронология хорошо объясняет гневное высказывание Хониата в адрес «старого царя». Как мы видим, византийский летописец якобы XII–XIII веков здесь в значительной мере послушно следует именно тенденциозной романовской версии русской истории. То есть возникшей не ранее XVII века.

13. Продолжение второго летописного слоя у Хониата: три византийских Лже-Алексея, самозванцы якобы конца XII века, — это отражение трех Лже-Дмитриев, самозванцев из Руси-Орды начала XVII века. Даты сдвинуты вниз примерно на 400 лет

13. Продолжение второго летописного слоя у Хониата: три византийских Лже-Алексея, самозванцы якобы конца XII века, — это отражение трех Лже-Дмитриев, самозванцев из Руси-Орды начала XVII века. Даты сдвинуты вниз примерно на 400 лет

13.1. Самозванец Лже-Алексей I в Царь-Граде — это отражение самозванца Лже-Дмитрия I на Руси

Яркий параллелизм продолжается и далее. Он показан на рис. 335. Открываем второй том Хониата, смотрим на финал правления императора Исаака Ангела и начало правления его брата Алексея III в конце XII века. То есть, на события, предшествовавшие Троянской войне начала XIII века. Как мы объясняли, Хониат ошибочно совместил эту Великую войну с Великой Смутой на Руси начала XVII века. В итоге получилось, что византийский период: «конец Исаака и начало Алексея» — наложился на конец правления Бориса Годунова и начало Великой Смуты на Руси. Уникальным византийским сюжетом этой эпохи является практически одновременное появление ТРЕХ самозванцев — Лже-Алексея I, Лже-Алексея II и Лже-Алексея III. Аналогично, во время Великой Смуты на Руси появляются ТРИ самозванца: Лже-Дмитрий I, Лже-Дмитрий II, и Лже-Дмитрий III.

Рис. 335. Три византийских Лже-Алексея, самозванцы якобы конца XII века, — это отражение трех Лже-Дмитриев, самозванцев из Руси-Орды начала XVII века.

Начнем с Лже-Алексея I. Хониат говорит о нем довольно подробно, на четырех страницах, см. [934], с. 86–90. Вот вкратце суть дела.

«Так один самозванец Алексей, называя себя сыном римского императора Мануила Комнина, с таким искусством разыгрывал свою роль и до такой степени ловко подделывался под наружность покойного царя Алексея, что походил на него даже прической и цветом золотистых волос и так же точно заикался, как покойный царь отрок», с. 86.

Он был родом из столицы, потом появился в маленьком городке Армале и здесь открылся людям, заявив, что он и есть Алексей II, который на самом деле спасся от козней врагов. Затем самозванец направился к иноземцам, к персидскому султану в Иконию, и представился ему как истинный сын императора Мануила, напомнил ему о благодеяниях, оказанных султану Мануилом. «Действительно, частью уступая его бесстыдству, частью увлекаясь сходством его с Мануилом, султан утешил его немалыми дарами и обласкал доброй надеждой», с. 87.