Конечно, всё это не оправдывает вторжение русских и не отрицает право поляков основать независимое государство и самим устанавливать себе законы и обычаи. Но это значит, что в конечном счёте история о польском народе не может быть реальной, поскольку само существование Польши зависит от образов в сознании людей.

А теперь подумайте о судьбе женщины из Варшавы, ограбленной и изнасилованной вторгшимися русскими войсками. В отличие от метафорических страданий польского народа страдания этой женщины более чем реальны. Вполне возможно, что они стали результатом веры людей в разного рода вымысел, вроде русского национализма, православия и мужественности, вдохновлявших многих государственных деятелей и солдат Российской империи. Но страдания, порождённые этим вымыслом, оказались абсолютно реальными.

Будьте бдительны, когда политики делают заявления в мистическом духе. Возможно, они пытаются скрыть и оправдать реальные страдания, заворачивая их в обёртку высокопарных и туманных слов. Особую настороженность должны вызывать четыре слова: «жертва», «вечность», «чистота» и «искупление». На каждое из них в вашей голове должен срабатывать сигнал тревоги. А если вы живёте в стране, лидер которой постоянно твердит: «Их жертва станет искуплением и сохранит чистоту нашего бессмертного народа», — знайте: у вас серьёзные неприятности. Чтобы не утратить здравомыслие, всегда пытайтесь переводить подобную чушь на язык реальности: кричащий от боли солдат, избитая и изнасилованная женщина, дрожащий от страха ребёнок.

Итак: если вы хотите знать правду о вселенной, о смысле жизни и о том, кто вы, лучше всего начать с наблюдения и анализа страданий.

Ответом вам будет вовсе не вымышленная история.

21 Медитация

21

Медитация

Просто наблюдайте

Просто наблюдайте

После критики на многих страницах религий, историй и идеологий, будет справедливо, если я сам выйду на линию огня и объясню, как такой скептически настроенный человек умудряется проснуться утром в хорошем настроении. Это решение далось мне непросто — отчасти из-за боязни потакания своим желаниям, а отчасти потому, что я не хотел бы создать у читателей ложное впечатление, что путь, который подходит мне, подойдёт и всем остальным. Я хорошо понимаю, что особенности моих генов, нейронов, личной истории и дхармы присущи не всем. Но, возможно, читателям будет полезно узнать, через какую оптику я смотрю на мир и как она преломляет моё восприятие и мои книги.

В юности я был беспокойным и вечно тревожащимся. Мир казался мне бессмысленным, я не получал ответов на главные вопросы о жизни. В частности, не понимал, почему в мире и в моей жизни так много страданий и что с этим можно сделать. От окружавших меня людей и из прочитанных книг я получал только тщательно сконструированный вымысел: религиозные мифы о богах и небесах, националистические мифы о родине и её исторической миссии, романтические мифы о любви и приключениях, капиталистические мифы об экономическом росте и о том, что покупка и потребление товаров сделают меня счастливым. Мне хватило здравого смысла понять, что всё это, очевидно, вымысел, — но я не знал, где искать истину.