– Дорогие братья и сёстры, мы начинаем наше служение, и я бы хотел зачитать одно место Писания: «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья; и отцом себе не называйте никого на земле, ибо один у вас Отец, Который на небесах; и не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос. Больший из вас да будет вам слуга: ибо, кто возвышает себя, тот унижен будет, а кто унижает себя, тот возвысится», – служитель говорил дальше, а Антон нагнулся к Глебу и зашептал:

– Это и есть служитель, да?

– Да, – подтвердил Глеб. – Это пресвитер. У нас их три. Есть ещё дьякон. У нас их тоже троя. Они все сидят вон там, – Глеб кивнул головой в ту часть сцены, где стояли просто лавочки и стояли ещё служителя. – Но говорят слово необязательно они. Они выбирают проповедников из числа других братьев, что тоже пришли на собрание. Как правило, это те, кто уже давно ходит в Церковь и заключил завет с Богом.

– Завет? – не понял Антон. – И почему ты говоришь братья? И он тоже сказал «братья и сёстры»…. – Антон посмотрел на служителя, который ещё говорил. – Это у вас так принято говорить?

– Ну, мы братья и сёстры во Христе, – пояснил Глеб. – А завет – это водное крещение. Про него я расскажу тебе потом подробнее, – пообещал Глеб.

– Давайте помолимся, – донеслось с кафедры и все начали молиться.

Глеб присоединился к молитве, а Антон продолжал стоять с открытыми глазами, поглядывая на всех. Молитва была не такая уж и долгая и, когда она закончилась, громко объявили:

– Номер 988 «Поднимаю взоры к небесам»!

Начали играть инструменты и хор первый запел:

– Поднимаю взоры к небесам

Ах, какая радость ждёт нас там, – остальные тоже начинали присоединяться к ним, но хор, правда, пел очень красиво. В этом не было никаких сомнений. Антон начал петь вместе со всеми, вслушиваясь в пение хора. – В радостном общении, в трепетном волнении,

Со Христом мы встретимся. А там…

В радостном общении, в трепетном волнении,

Со Христом мы встретимся. А там…

Ждёт награда светлые дворцы,

Пальмовые ветви и венцы, – Антон пел эту песню с огромным наслаждением, так как понимал, что в этой песне идёт речь о рае. А о нём мальчику вдвойне было приятно петь. – После слёз и горя на стеклянном море,

Песнь поют победы первенцы.

Нас ко древу жизни поведут,

Арфы золотые нам дадут.

Арфа не стареют, струны не ржавеют,