Незаметно пролетело несколько часов. Подросток читал историю за историей. Когда Антон прочитывал одну из историй, он останавливался на пять минут, размышлял о ней, думал, мысленно немного рассуждал и, так как там была в конце каждой истории просьба за что-то помолиться или о чём-то помолиться, мальчик это делал. Конечно, не после каждой истории, а после особенных историй, которые трогали его сердце. А таких историй было много. И вот Антон приступил к чтению следующей истории, так погрузившись в это и свои мысли, что даже не услышал, что родители уже вернулись домой и подходят к его комнате. Им очень хотелось проведать сына и убедиться, что он дома. Они только приоткрыли дверь и сделали шаг в комнату мальчика, как замерли, увидев, что Антон что-то очень сосредоточенно и увлечённо читает. Родители переглянулись и ещё раз посмотрели на сына. Сначала они оба удивились, а потом на их лицах медленно появились улыбки. Их сын наконец-то сам добровольно что-то читал, а не просто сидел в компьютере. Это не могло не радовать родителей. Они также тихо вышли из комнаты Антона, не желая его отвлекать, и слегка прикрыли за собой дверь.

А Антон тем времени читал про себя:

«На картинке мы видим отца, который сидит за столом с раскрытой Библией. Семья после чтения Слова Божьего склоняется на молитву. Очень важно молиться перед сном, потому что мы не знаем, что может случиться ночью.

В одном большом доме жили родители, у которых было два сына. Старшего звали Франком, а младшего Вильгельмом. В один из вечеров мать уложила своих детей спать.

– Мама, мы ещё не молились, – напомнил ей Вильгельм.

– Мы завтра помолимся, – ответила мама.

– Мама, давай сейчас помолимся, – просил Вильгельм.

– В гостиной меня ждут гости, мне некогда сейчас, но завтра мы помолимся, – ответила она и погладила его по головке.

Она поставила на стол свечу и оставила дверь полуоткрытой. Но сквозняк из-за открытой двери потушил свечу.

– Давай мы ещё раз встанем и помолимся, – прошептал Вильгельм своему брату.

– Ах, здесь так холодно и темно, – ответил Франк.

– Это ничего, Бог видит нас и в темноте.

– Но ведь мама сказала, что мы завтра помолимся, – возразил Франк, но Вильгельм не унимался:

– А если Бог не захочет ждать до завтра?

В комнате было тихо, но вдруг Франк услышал тихий шорох.

– Что ты делаешь? – спросил он брата.

– Я склоняюсь у постели, я помолюсь и за тебя, Франк.

Когда Вильгельм снова залез под одеяло, Франк удивился:

– И-и-и…, какой ты холодный!

– Ничего, я рад, что ещё раз помолился Спасителю. Если я этой ночью умру, то буду в раю, – сказал он, дрожа от холода.