Предельно дисциплинированная, старательная и, казалось, всё схватывающая на лету, Галина Кожевина вскоре стала одной из лучших учениц этого учебного заведения. Редактировала стенгазету, устраивала субботники, принимала самое активное участие в многочисленных внеклассовых мероприятиях.

Младший брат поначалу тоже особо не отставал. Как-никак — вожатый звена, несомненный лидер ребятни во всех военных играх!

Впрочем…

Длилась эта семейная идиллия всего лишь несколько лет.

А потом…

Ольга Иннокентьевна окончательно слегла. И любящий сын, не мудрствуя лукаво, немедленно помчался в Москву.

Успел.

Но жить маме оставались лишь считанные дни…

3

Что делать в Первопрестольной, где у него не было ни одной родственной души, если не считать, конечно, отчима, отношения с которым, по каким-то причинам, не заладились с первых дней знакомства, Володя не знал.

И поэтому с лёгкостью согласился на предложение сослуживцев покойной мамы, — её верных друзей по красному партизанскому отряду, прибывших на похороны соратницы, — вернуться в родную Читу.

А там…

Там с ним тоже не стали церемониться. Без лишней волокиты и всевозможных бюрократических проволочек определили сироту в детский дом с интригующим названием "Привет красным борцам", и… "пока-пока": живи, как знаешь!

"На день триста грамм черняшки[6], тарелка кондера[7] и по воскресеньям — пирожок, зажаренный в собственном соку. А на рынках — молоко, сметана, мёд, кедровые орешки и другие деликатесы…

В нашем детдоме "Привет красным борцам" воровать научиться было легче, чем письму и чтению…

К девятнадцати годам я имел… тридцать шесть лет заключения. Количество приводов учету не поддается…" — спустя много лет, уже во время Великой Отечественной войны, "пожалуется" Подгорбунский одному из политработников, рассказ о котором ещё впереди.

Бравируя, конечно, бахвалясь… И, как водится, в той, блатной, преступной среде, немного привирая, — с целью возвеличивания собственных героических "подвигов" — ведь, как известно, советское законодательство, в отличие от, например, американского, никогда не предполагало суммирования сроков лишения свободы.

Но, как вы, должно быть, догадались, свой выбор — в пользу преступного сообщества — юноша уже сделал и менять его пока не собирался. Слишком был прямой и целеустремлённый — не метался из стороны в сторону, не шарахался. Избрал путь — иди по нему. Твёрдо, решительно, не оглядываясь назад…

Недаром в качестве жизненного кредо он избрал выражение: "Делай, что должно — и будь что будет!"