Кроме того, требовалась развить мощную мускулатуру для того, чтобы

удар клыков был столь мощен, что мог пробить мышцы добычи, а не

просто скользнуть по ее коже, оставив малозаметные повреждения. В

общем, увеличение массы черепа, вернее, даже не собственно черепа, а

в целом шеи, головы и передней части туловища, было неизбежным, а

массивная передняя часть делала этих и без того не слишком

скоростных животных еще медлительнее. Показательно, что и

саблезубые млекопитающие кайнозоя не отличались скоростными

качествами и охотились на таких же небыстрых представителей

мегафауны: хоботных и других (тилакосмила и вовсе подозревают в

том, что он был падальщиком[158]). А ведь у «пеликозавров» к тому же

были намного более примитивные конечности, чем у кайнозойского

зверья. Их жертвы тоже не отличались скоростью, но все же и за ними

с массивной головой было не угнаться. Кстати, не необходимость ли

наносить мощный удар сверху вниз была первой предпосылкой к

переходу к новому «маммальному» типу локомоции? Мышцы, изначально использовавшиеся для толчка или прыжка при нанесении

мощного удара, в дальнейшем стали использоваться при отталкивании

во время бега? Доля здравого смысла в этом есть, но это еще не значит, что что-то в этих мыслях соответствует действительности.

Итак, догнать жертву сразу не представлялось возможным. Можно

было сделать ставку не на скорость, а на упорство (как позднее