3. Евреи в Древнерусских княжествах и в Татарском ханстве Крыма

3. Евреи в Древнерусских княжествах и в Татарском ханстве Крыма

С ростом русского Киевского княжества[10], которое получило свою церковную организацию из рук византийских монахов, оно постепенно стало еще одной целью еврейской иммиграции. Евреи пришли сюда не только из Хазарии или Крыма, но и, вслед за греками, из Византийской империи, развивая торговую жизнь княжества и связывая эту первобытную область с центрами человеческой цивилизации. Народная легенда, воспроизведенная в древнерусских летописях и несомненно окрашенная духом византийского поповства, заставляет евреев участвовать в соревновании религий за завоевание языческой Руси, в том знаменитом зрелище «испытания Символ веры», состоявшейся в 986 году в присутствии князя Киевского Владимира.

Церковное предание повествует, что, когда Владимир объявил о своем намерении оставить идолопоклонство, к нему пришли хазарские иудеи, которые сказали ему: «Мы слышали, что христиане пришли проповедовать веру свою, но веруют в распятого нами, пока мы верим в единого Бога, Бога Авраама, Исаака и Иакова». Владимир спросил иудеев: «Что предписывает ваш закон?» На это они ответили: «Быть обрезанным, не есть свинины и дичи и соблюдать субботу». «Где находится твоя страна?» — спросил принц. «В Иерусалиме», — ответили иудеи. — Но ты там живешь? он спросил. «Нет, — отвечали иудеи, — ибо разгневался Господь на отцов наших и рассеял нас по всей земле за грехи наши, а землю нашу отдали христианам». На это Владимир воскликнул: «Как же вы смеете учить других, когда сами отвергнуты Богом и рассеяны? Если бы Бог любил вас, вы не были бы рассеяны по чужим землям. Неужели вы хотите причинить мне такую же беду?»

Это народное предание исторически верно лишь постольку, поскольку оно отражает церковную и политическую борьбу того времени. Именно в Херсонесе Таврическом, древней арене иудейского и византийского соперничества, были сплетены нити, впоследствии связавшие языческую Русь с Византией. Попытки таврских или хазарских евреев заявить о своих правах в религиозном соревновании в Киеве были обречены на неудачу. Ибо общность политических и экономических интересов вынуждала Византию и Киевское княжество к союзу, который окончательно завершился в конце Х века обращением Руси в греко-православное христианство. Союз привел к падению их общего врага — хазар, которые в течение нескольких столетий вели борьбу с византийцами на берегах Черного моря и в то же время держали в повиновении племена славян. Вследствие разгрома хазар часть еврейско-хазарского центра в Тавриде отошла к Киевскому княжеству.

Совпадение поселения евреев в Киеве с обращением Руси в греческую православную веру предвосхищает ход истории. Самая ранняя фаза русской культурной жизни отмечена печатью византийского духа нетерпимости по отношению к евреям. Игумен знаменитого Печерского монастыря Феодосий (1057-1074) учил киовян жить в мире с друзьями и недругами, «но со своими врагами, а не с божьими». Однако враги Бога — это евреи и еретики, «придерживающиеся извращенной религии». В «Житии Феодосия», написанном знаменитым русским летописцем Нестором, говорится, что этот строгий монах имел обыкновение вставать среди ночи и тайно ходить к иудеям, чтобы спорить с ними о Христе. Он бранил их, клеймя злыми и безбожниками, и нарочно раздражал их, в надежде быть убитым «за исповедание Христа» и таким образом достичь мученической кончины, хотя, казалось бы, иудеи последовательно отказывали ему в этом. удовольствие. Ненависть к иудеям и иудаизму одинаково проповедовали современники Феодосия Иларион и Иоанн, митрополиты Киевские (около 1050 и 1080).

Эта пропаганда религиозной нетерпимости не осталась без последствий. В начале двенадцатого века еврейская колония Киев пережила первый погром. При великом князе Святополке II. (1093-1113) евреи Киева пользовались полной свободой торговли и коммерции. Князь защищал своих еврейских подданных и поручил некоторым из них сбор таможенных и других герцогских пошлин. Но в период междуцарствия после смерти Святополка (1113 г.) им пришлось дорого заплатить за предоставленную им свободу. Киевляне предлагали княжеский престол Владимиру Мономаху, но он медлил со вступлением в столицу. В результате вспыхнули беспорядки. Киевская толпа взбунтовалась и, разграбив резиденции нескольких высокопоставленных лиц, бросилась на евреев и расхитила их имущество. Благие намерения киевлян отправили к Мономаху вторую делегацию, предупредив его, что, если он промедлит дольше, бунты примут грозные размеры. Вслед за этим прибыл Мономах и навел порядок в столице.

Тем не менее евреи продолжали жить в Киеве. В 1124 году они сильно пострадали от пожара, уничтожившего значительную часть города. В летописях того периода (1146-1151 гг.) часто упоминаются «Иудейские ворота» в Киеве. Еврейских купцов привлекал этот город, растущий торговый центр, служивший связующим звеном между Западной Европой, с одной стороны, и черноморскими провинциями и азиатским континентом, с другой. Ссылку на Киев делают еврейские путешественники того времени Вениамин из Туделы и Петахия из Ратисбона (1160-1190). В первом говорится о «царстве Российском, простирающемся от ворот Праги до ворот Киевских, большом городе на границе царства». Последний, Петахия, сообщает нам, что, покинув свой дом в Ратисбоне, он отправился в Прагу, столицу Богемии; из Праги он отправился в Польшу, а оттуда «в Киев, что в России», после чего ехал шесть дней, пока не достиг Днепра и, перейдя его, наконец прибыл на побережье Черного моря и в Крым.

После крестовых походов, когда в Польше стали возникать значительные поселения еврейских иммигрантов из Германии, часть этих иммигрантов попала в Киевское княжество. Немецкие раввины двенадцатого века иногда ссылаются в своих трудах на путешествия немецких евреев, путешествующих со своими товарами в «Русь» и «Славонию» (славянские страны). Евреи России, у которых не было собственных раввинских авторитетов, обращались со своими запросами к еврейским ученым Германии или отправляли своих прилежных молодых людей на Запад для получения талмудического образования. В еврейских источниках XII века упоминаются имена рабби Исаака из Чернигова и рабби Моисея из Киева. Последний, как сообщается, обратился с запросом к известному гаону Багдада Самуэлю бен Али.

Завоевание Крыма татарскими ханами в XIII веке и постепенное распространение их суверенитета на Киевское и Московское княжества привели старый центр иудаизма в Таврическом крае к тесным контактам с его ответвлениями в различных частях России. Киев вступает в регулярные торговые сношения с Каффой (Феодосией) на берегу Крымского моря. Каффа становится в этот период международным торговым центром благодаря генуэзцам, которые добились от татарских ханов концессий на Каффу и окрестности и основали там торговую колонию Генуэзской республики. Крымский полуостров был присоединен к мировой торговле Италии, и купцы постоянно бороздили моря между Генуей и Каффой, проходя через византийские Дарданеллы. Итальянцы, греки, евреи и армяне стекались в Каффу и прилегающие местности на южном берегу Крыма. Правительство Генуэзской республики не раз инструктировало своих консулов, которым было поручено управление крымской колонией, соблюдать принципы веротерпимости в отношении к этому разнородному населению. Если верить свидетельству путешественника Шильтбергера, посетившего Крым между 1394 и 1427 годами, в Каффе жили евреи «двух родов», очевидно, раббаниты и караимы, имевшие две синагоги и четыре тысячи домов, внушительное население. судить по его номерам.

Великий кризис в истории Византии — взятие Константинополя турками — затронул и генуэзскую колонию в Крыму. Турки стали препятствовать генуэзцам в их плавании через проливы. В 1455 г. генуэзское правительство уступило свои каффские владения банку св. Георгия в Генуе. Новая администрация задалась целью навести порядок в колонии и наладить нормальные отношения между населяющими ее различными расами; но дни этого культурного оазиса на Черном море были сочтены. В 1475 г. Каффа была взята турками, и весь полуостров попал под тюрко-татарское владычество.

Важные еврейские общины в этот период можно было найти и в старых татарских владениях Крыма. В XIII веке в древней столице татарских ханов Солхате (ныне Эски-Крым) процветали две еврейские общины, одна из которых состояла из раббанитов, а другая из караимов. Начиная с 1428 г., увеличивается численность и влияние старой караимской общины Чуфут-Кале («Скала евреев»), расположенной недалеко от новой татарской столицы Бахчи-Сарая. Память об этой общине увековечена огромным количеством надгробий, начиная с тринадцатого и заканчивая восемнадцатым веком. Крым, теперь населенный евреями, высылает поселенцев в Литву, где в конце XIV века великий князь Витовт берет их под свою защиту. В литовских городах Троки и Луцк возникают крымские колонии, которым, как мы увидим далее, правитель страны предоставляет широкие привилегии.

Установление турецкого суверенитета над Крымом (1475-1783 гг.) привело к более тесным торговым связям между еврейским центром на полуострове и Московским княжеством, отгородившимся в то время от внешнего мира Китайской стеной, и, за немногими исключениями, изгнала из своих владений всех чужеземцев и неверных, или «басурманов»[11]. Во второй половине пятнадцатого века великий князь Московский Иван III был вынужден обратиться за помощью к нескольким крымским евреям в своих дипломатических переговорах с крымским ханом Менгли-Гиреем. Одним из агентов московского князя был влиятельный еврей из Каффы по имени Хоза Кокос, который способствовал заключению военного союза между великим князем и ханом (1472-1475). Любопытно отметить, что Кокос писал свои письма Ивану III. на иврите, так что московский правитель, который, очевидно, не мог найти в Москве никого, кто знал бы этот язык, был вынужден просить своего агента вести с ним переписку по-русски или «на басурманском языке» (татарском или, может быть, итальянском). Другой агент Ивана III, Захария Гизолфи, был итальянским евреем, ранее занимавшим важный пост в генуэзской колонии в Крыму и являвшимся владельцем Таманского полуострова («князь Таманский»). Он состоял в близких отношениях с ханом Менгли-Гиреем и в этом качестве вел дипломатическую переписку с московским князем (1484-1500). Позже Захария уже собирался поселиться в Москве, чтобы более непосредственно участвовать во внешних делах России, но обстоятельства помешали осуществлению плана.