Нетрадиционно ставили латиноамериканские социалисты вопрос о власти. Суть вопроса они видели не в захвате государственной власти своей партией или блоком левых сил, а в завоевании гегемонии, влияния в гражданском обществе, в развитии общественного самоуправления снизу, расширении участия народных организаций в принятии решений на разных уровнях, в том числе в жилых кварталах и на производстве. Таким путем, утверждали они, в недрах существующего общества будет создаваться альтернативная, народная, социалистическая власть, которая со временем возобладает в масштабах всего общества. Социалисты проявляли большой интерес к Грамши и Мариатеги, подчеркивали свою приверженность к учету специфики Латинской Америки и к автономной роли латиноамериканского социалистического движения. Сотрудничество левых и демократических сил они представляли не столько в виде единых фронтов или коалиций с общей программой, сколько в поисках соприкосновений, консенсуса, параллельных действий в одном направлении разных партий, движений и течений.

В 1979 г. была создана Постоянная конференция политических партий Латинской Америки, в рамках которой сотрудничали левые И демократические партии разных направлений – социалистические, социал-демократические, либеральные и национал-реформистские. В 1989 г. она уже объединяла 52 партии из 23 стран.

Эволюция в сторону более умеренных, реалистичных позиций была характерна и для левого радикализма и левоэкстремистских течений Латинской Америки. Многие поборники и участники вооруженной повстанческой борьбы и террористических акций, в том числе троцкисты и маоисты, по мере своих неудач, ухода со сцены военных диктатур и консолидации конституционных режимов стали отходить от вооруженной борьбы, от намерений немедленно осуществить социалистическую революцию. Они признали необходимость переходных этапов к социализму, важное значение демократии, избирательной борьбы, возможность союзов и коалиций с другими левыми силами. Такую эволюцию в 80-е годы претерпели уругвайские «Тупамарос», аргентинские «Монтонерос», Революционная партия трудящихся и Движение к социализму (МАС) в Аргентине, Левое революционное движение (МИР) в Чили. В 1990–1991 гг. отказались от вооруженной борьбы несколько военно-политических организаций Колумбии, включившихся в легальную партийно-политическую жизнь. Повстанческая организация Эквадора «Альфаро виве» («Альфаро жив» – по имени президента-реформатора начала века, погибшего от рук реакции) в 1991 г. также пришла к выводу, что вооруженная борьба «не находит поддержки народных масс и потому потеряла всякий смысл». Отход революционеров от вооруженной борьбы на более умеренные позиции наметился и в Центральной Америке в начале 90-х годов в связи с урегулированием конфликта в субрегионе. Некоторые из бывших леворадикальных организаций, совершив крутой поворот, перешли на социал-демократические позиции и быстро завоевали влияние и даже вошли в правительства (МИР Боливии, Движение 19 апреля в Колумбии).