Безусловно, тому целая совокупность причин. Одна – дороговизна материалов и инструментов, которые приходится покупать постепенно, а пока нет необходимых – работать тем, что имеется. Другая – слишком узкая ниша на рынке, которая хотя и вакантна, но подобные ремесленные мастерские обычно наследуются, а не создаются с нуля. Третья – отсутствие мастеров, не в смысле тех, кто умеет безупречно исполнить художественный переплет (хотя и этих тоже), а кто может научить мастерству.
Но ведь, скажете вы, были большие мастерские или даже есть, а владельцы, как покойные И. С. Горбатов и О. И. Лукашин, изо всех сил старались развить дело, не жалели средств, к тому же сами знали толк в переплетах. Однако когда тебя спросят, отдашь ли ты им переплести что-то особенно ценное, то ответ твой заранее известен – нет, нет и еще раз нет. Казалось бы, даже есть некоторая гарантия, что книга не пропадет (а это один из главных страхов не только коллекционера, но и любого владельца шедевра), но все равно нет.
Два слова о прекрасной традиции русских мастеровых «вставить свои 5 копеек». Например, в издательстве верстают твою книгу, и ты ценой великих боданий с редакцией добился-таки своего: тебе пообещали сноски внизу каждой страницы, поклялись, что корректор не будет оценивать твой стиль, а будет заниматься своим делом и так далее. И вот книга у верстальщика, а он делает что-то не так, как вы договорились, а как «ему кажется лучше», потому что он наследник Ивана Федорова, а не ты. Добро, если это «лучшее» можно повернуть вспять, но не всегда. Переплетные мастера – ровно такие же: ты хочешь одно, а он вроде со всем соглашается, а в результате – «я все-таки посмотрел, так точно лучше будет, так в Париже тоже делают»… И переделать уже никак нельзя: за кожу заплачено, за все остальное тоже, и обычно приходится смириться с тем, что сделал мастер.
В переплетной традиции наиболее сложным было золочение переплетов, то есть золотое тиснение. Про золочение обрезов я не говорю – то, как это делают современные русские мастера, в принципе не поддается описанию, и ничего печатного на ум нейдет для характеристики «золочения». Но что касается золочения, есть обычные правила, которые, с одной стороны, очень просты, с другой – крайне сложны для воплощения. Они диктуют, что линии должны быть ровными, на углах должен быть угол, а не буква «Х»; текст оттиснут ровно, и так далее…
Но все перечисленное отступает от главной, основополагающей причины, по которой у нас, на всей необъятной нашей родине, нет переплетного мастера, в чьи руки можно отдать книгу, не страшась за ее судьбу. Причина – абсолютное отсутствие переплетчиков, у которых бы было развито эстетическое чувство, иначе говоря, был бы вкус. Удивительно, насколько в современных библиофильских переплетах много банального воинствующего безвкусия: орнамент тиснения не сочетается сам по себе, потому что углы крышек декорированы рокайльными штампами, рамка откатана ампирным орнаментом, а корешок – тоже еще что-то, но новое… А шрифт на корешке – это отдельная песнь: есть мода каждую строку на корешке набирать новым шрифтом, или имя автора – одной гарнитурой, название – другой, тогда как на одной книге лучше бы если и менять кегль шрифта, то одной и той же гарнитуры.