Однако в последние годы ситуация значительно изменилась: фотография активно захватывает антикварный рынок. Некогда нереализуемые фотографические альбомы оцениваются много дороже печатных книг, отдельные фотоснимки известных мастеров фотографии могут стоить дороже оригинальных рукописей крупных писателей. Причина здесь, безусловно, и в визуальной ясности фотографии, что само собой разумеется: публика не хочет много читать, а хочет смотреть много картинок. Однако причина не столько в тяге получателя информации к визуализации. Все-таки антикварная торговля – косный и малоповоротливый сегмент мирового рынка, чтобы снижение интереса к чтению смогло бы поколебать ее основы.
Причину того, что рынок так «вошел» в антикварную фотографию, мы изложили выше, объясняя взлет цен на рукописи и автографы. И довольно быстро в фотографию «пошли деньги»: антиквары, осознав бесконтрольность (= безнаказанность), стали поднимать цены, эти возросшие на дрожжах цены стали формировать интерес к предмету, область получила новую жизнь. Все крупнейшие аукционные дома мира не только обзавелись собственными фотодепартаментами, но и стали шокировать обывателей и антикваров сотнями тысяч фунтов или долларов за фотоотпечаток великих фотографов XX века.
В России таких безумных цен нет, но зато налицо совершенная неразбериха. Даже более: в определенных областях, особенно в сегменте авторской фотографии, мгновенно наступила вакханалия: поздние отпечатки, пересъемка и тому подобные повторения повсеместно выдаются за авторские отпечатки. Тому немало помогает и то, что традицию удостоверения отечественными фотографами собственных отпечатков, наподобие подписи на эстампе, мы встречаем крайне редко; лишь единичные мастера, как великий пикториалист Ю. П. Еремин, подписывали свои произведения.
Нехватка же квалифицированных специалистов, отсутствие института экспертизы в этом тонком вопросе, фантазия в качестве фундамента ценообразования – все стало разогревать рынок сперва на Западе, а затем и в России. А ведь отличие собственно авторского отпечатка от тиражного требует высокой квалификации эксперта; тем более что не всегда по отпечатку легко понять время, когда он сделан – 1930‐е это годы или 1960-е? Сегодня, по нашим наблюдениям, рынок пришел к тому, что любая фотография того же А. Родченко выдается за авторский отпечаток, а цена ее – шестизначная или даже семизначная. И даже про штамп, который фотограф ставил на оборотах своих отпечатков, было поначалу забыто, но ныне о нем вспомнили (впрочем, лет двадцать назад мы встречали подлинные отпечатки с этим штампом).